Крепостная Эльза

Командный голос госпожа Лера выработала отличный — мы с поваром шарахнулись друг от друга.

— Что здесь происходит? — строго спросила госпожа Лера.

В дворцовой субординации я пока разбиралась плохо, но вполне достаточно, чтобы понять, что наша управляющая по статусу значительно выше повара. Хотя бы потому, что он принялся оправдываться.

— Я приказал ей рассказывать рецепт! А она, дрянь, посмела отказаться! — заверещал повар. — Хотел поучить её, как надо вести себя с уважаемыми людьми, так эта стервь отбиваться начала.

Повар повернулся ко мне и, заикаясь от азарта и предвкушения, сказал:

— Твоя жизнь кончилась, дура. Тебя отправят пороть, а уж я позабочусь, чтобы ты не выжила после экзекуции. Ты ещё будешь лизать мои сапоги и умолять простить тебя. Но я не прощу.

Честно говоря, мне стало страшно. Как выжить в мире, где один человек мечтает издеваться над другим?

— Я — свободная! Я не крепостная! — громко повторила я. — Я буду жаловаться!

Повар мерзко захихикал:

— Жаловаться! На меня! Да я тебя сейчас, прямо здесь, кипятком обварю! И посмотрим, что мне за это будет!

Повар, на полном серьёзе, схватил большой ковш и пошёл к котлу, стоящему на печи.

— Стоять! — звонко выкрикнула госпожа Лера и повернулась ко мне. — Эльза, ты умом тронулась? Что ты несёшь?

— Я в самом деле свободная, — торопливо повторила я. — Меня барин, граф Пекан, освободил перед отъездом."

"— Зачем? — спросила госпожа Лера.

— Из благодарности. За то, что хорошо роль отыграла и вообще, от радости, что королю его театр понравился, — не вдаваясь в подробности, ответила я.

— Врёт! Она всё врёт! — взвизгнул повар. — Никто не освобождает крепостных!

— Мы проверим, — вздохнула госпожа Лера и сняла со своего пальца перстень. — Эльза, протяни руку. Не бойся, это артефакт. Если на тебе есть печать — она проявится.

Мне вдруг стало страшно. А если граф меня обманул? Я же не знаю всех тонкостей, может быть, он меня перехитрил? И сейчас на моей ладони засветится рабская печать?

— Эльза, — напомнила госпожа Лера.

— Что, девка, поняла, чем для тебя всё закончится? — мерзко хихикнул повар. — Падай мне в ноги и целуй сапоги! Может быть, тогда я тебя сам выпорю.

Угу. Потом выдавишь из меня всю полезную информацию и всё равно устроишь жестокую экзекуцию. По хитрому и самодовольному взгляду повара можно было сразу понять, что он считает меня наивной дурой.

Я решительно протянула руку к госпоже Эльзе. Ладонью вверх.

Та приложила к моей ладони перстень.