Елагин матерно выругался и стал яростно натягивать на себя свою одежду, разбросанную по полу. Груша, поняв, что случилось нечто ужасное, зажгла свечу. Андрей уже натягивал сапоги.
— Прости. Мне надо идти, — произнес он глухо, застегивая сюртук, с болью смотря на нее. — Утром я обязательно найду тебя. Поговорим.
— Хорошо, я понимаю, — пролепетала Груша, накидывая пеньюар. Андрей быстро приблизился к ней. Неистово поцеловав, он в последний раз с любовью взглянув на девушку и выбежал из спальни.
Проша, сонно зевая, вышла из гранатовой спальни, в которой немого вздремнула на большой барской кровати.
Неожиданно она заметила силуэт мужчины, который метнулся из спальни князя в сторону лестницы. Узнав Елагина, Прасковья злобно оскалилась, понимая, отчего Андрей порвал с ней помолвку.
— Я думаю, князю будет интересно узнать, чем занималась его зазноба в его отсутствие, — зло пошипела Проша и поплелась на первый этаж дома, откуда отчетливо слышались крики.
Груша, накинув на плечи шаль, спустилась с крыльца и без промедления направилась к месту пожара.
Дождь кончился. Прошло всего четверть часа, с тех пор как Елагин покинул спальню, но Груша увидела, что за это время он поднял на ноги всех дворовых. Когда девушка приблизилась к хаосу, царящему у полыхающего сарая, она сразу же заметила высокую, широкоплечую фигуру Андрея.
— Никитка, вставай в шеренгу! — закричал Елагин, подгоняя выстроенных в линию крепостных, которые передавали из рук в руки ведра с водой. Прохор и Иван резво набирали воду из колодца и отдавали дальше.
Сам Андрей, стоял в конце, у горящего сарая, и обливал верх горящего сооружения. — Да шевелитесь вы!
Груша смотрела на пылающий сарай и понимала, что вряд ли его удастся спасти, огонь захватил уже половину строения. Все знали, что сарай не очень-то важен, но он стоял рядом с конюшнями, в которых находились лошади, которые стоили огромных денег. Елагин, поняв, что еще немого — и огонь перекинется на стойла, покинул шеренгу, оставив вместо себя Федора.
— Никитка, Кузьма, пошли со мной! — скомандовал Андрей стоящим в шеренге крепостным. Мужики быстро направились вслед за управляющим в конюшню. — Лошадей выводите, быстрее! — услышала Груша приказ Андрея.
Она тоже подошла к конюшне, желая помочь. В этот момент мимо нее прошел Степан, ведя под уздцы черного и буланого жеребцов, выведенных им из наполняющихся дымом стойл. Девушка, мгновенно приняв решение, устремилась в распахнутую дверь конюшни.
