— Мария Васильевна, вы не видели Машеньку? — спросила Груша. Графиня улыбнулась молодой женщине и сказала:
— Она недавно выбежала отсюда, вроде в сторону сада.
— Спасибо, — ответила Груша и направилась к двери, не поднимая глаз.
Она прекрасно знала, что надо поскорее выйти из гостиной. Молодая женщина и зашла-то сюда только из-за необходимости разыскать непослушную девочку. За то время, что она служила в доме Адлербергов, уже несколько раз знатные дворяне делали Груше недвусмысленные намеки и предлагали деньги за благосклонность.
Но молодая женщина избегала подобных разговоров, отвечая, что любит своего мужа и будет верна ему.
Константин приехал с визитом к графине Марии. Сидя в бархатном зеленом кресле, он уже полчаса спорил с господином Юшковым о проблемах крепостной реформы. Эта животрепещущая тема не давала покоя Урусову. С досадой князь был вынужден признать, что в эту пору он не мог, как прежде, силой вернуть Грушу в поместье и подчинить своей воле.
— Ну и зачем им эта свобода? — спросил недовольно Урусов у Юшкова.
— Как же, теперь крестьяне сами могут выбирать, где им жить и что делать.
— Семьдесят процентов моих крестьян у меня в долгу и вряд ли смогут когда-либо покинуть свои деревни, поэтому и будут жить по-старому. Этот закон весьма глуп и, как всегда, ни к чему не приведет.
Константину было глубоко наплевать на крестьян, в эту секунду он думал лишь о девушке, которую уже не сможет силой удержать при себе.
Дверь отворилась, и в гостиную вошла светловолосая изящная молоденькая женщина в простом платье, которая быстро направилась к графине.
Урусов, едва начав предложение, резко замолчал и смертельно побледнел. Юшков, увидев, что князь немигающим взглядом смотрит на гувернантку графа, тихо сказал:
— Хороша ягодка. Но вы знаете, князь, ее деньгами не купишь, сам пробовал."
"Константин не верил своим глазам. Он так долго искал ее, нанимал лучших сыщиков, не раз ездил на опознания, и вся зря. А сейчас вот так просто увидеть ее здесь, в гостиной, совершенно не ожидая этого, было для князя подобно грому среди ясного неба.
Пока Груша разговаривала с графиней, Урусов, ошеломленный, жадно рассматривал девушку, с прискорбием признавая, что она стала еще прекраснее, чем он помнил ее. Сейчас она была одета в строгое темно-синее платье с глухо застегнутым воротом. Светло-медовые волосы были собраны в пучок на затылке и переплетены косой в тугой узел. Но это все нисколько не умаляло ее волшебной красоты.
Груша направилась к выходу.
