Крещение огнем

— Ага, значит, фотография все-таки была, — произнес он задумчиво. Папа очень предусмотрителен. Надо было этого ожидать.

Сара смотрела на него широко раскрытыми от удивления глазами.

— Ожидать? Да чтоб ты сгорел в аду! — выкрикнула она с омерзением.

Глаза его блеснули, и он сжал зубы. Затем закрыл дверь.

— У меня такое впечатление, что ты меня собираешься подвести. Надеюсь, Катарина подождет несколько минут.

— Подвести тебя? — Голос ее дрожал, и она не могла с собой ничего поделать. — Ах, как ты прав, Рафаэль! Если бы не было фотографии, я бы ее не узнала…

Но разоблачение, казалось, вовсе его не беспокоило.

Он холодно рассматривал ее сузившимися глазами.

— А что ты знаешь, Сара?

Она склонила голову, остро переживая свою боль.

— Я знаю, что никогда больше не смогу тебе доверять. Как ты мог притащить ее сюда? — задыхаясь, спросила она. — У вас что, какой-то нескончаемый роман, ради которого ты все готов поставить на карту? Или ты надеешься получить совершенно особое удовольствие, сидя между любовницей и женой?

— Какое уж тут удовольствие! Особенно если принять во внимание, что Катарина никогда не была моей любовницей, — отрезал он.

 — Мне бы хотелось знать, почему час или два наедине с женщиной в отеле означают непременно неверность?

— Это достаточный повод для развода! — резко бросила Сара. — И я не намерена слушать твои байки!

— Нет, ты будешь меня слушать, — с болью сказал Рафаэль. — Ты мне не доверяешь. Ты даже не хочешь сделать вид, что доверяешь. Как великодушно с твоей стороны простить мне и забыть то, чего я никогда не делал!

— Я не могу в это поверить! — Она начала всхлипывать.

 — И никогда в это не поверю."

"— Послушай, Сара, каким надо быть человеком, чтобы знакомить жену с любовницей? — резко спросил он. — Неужели ты считаешь, что я на это способен? Я хотел объяснить тебе все самым мягким образом, не расстраивая при этом Катарину. Я не знал, что была фотография. Я хотел, чтобы ты с ней познакомилась и чтобы ты сама могла провести свое собственное расследование.

Но не как истеричная, не уверенная в себе восемнадцатилетняя девчонка, какой ты была пять лет назад, когда это случилось, а спокойно, задавая мне вопросы!

Сарой начинала овладевать слепая ярость.

— Если ты сейчас же не уберешься отсюда, я за себя не ручаюсь! — предупредила она.

Он в ярости рубанул рукой воздух.

— Катарина пришла на выставку специально для того, чтобы поговорить.

До того я не видел ее три года. Я не знал, во что вылился ее брак.