Параллельно продолжали работать стрельцы, долбя в густую толпу практически не целясь. Люди стояли так плотно друг к другу, что представляли одну сплошную большую мишень…
Темнота была и другом, и врагом эмира.
Его люди попросту не могли понять, что происходит.
Они перли вперед, вдохновленные горячими речами о богатой добыче и великой славе. А земля, сплошь заваленная раненными и убитыми, перед воротами легионного лагеря росла. Выстрел за выстрелом. И люди, что внезапно оказывались на первой линии, с ужасом понимали – им пришел конец… Но тем, что их пихали вперед, этого не сообщить.
А крики тонули в общей какофонии…
Старый армянин кутался в свой плед, пытаясь спасти от холодного ночного ветра, хотя было довольно тепло. Просто он видел происходящее там и его седые волосы шевелились, телу становилось зябко, а перед глазами стояло лицо молодого Палеолога."
"– Я не вступаю в безнадежный бой… – тихо произнес он, повторяя слова Андрея… – Я собираюсь выйти победителем.
– Деда, а ведь у него еще не все воины в дело вступили.
Гляди? Вон там, в центе. Кони. Видишь их?
– Вижу…
С самого начала атаки всадники начали выводить своих коней и готовить их к бою. Равно как и здоровенного дестриэ князя. И теперь, спустя четверть часа, они замерли, держа под уздцы своих волосатых друзей, готовые выступить немедленно.
Догадаться о намерении Андрея контратаковать смог даже старый торговец, не шибко то и сведущий в военных делах. Люди же эмира этого не видели, так как не располагались на столь удобном наблюдательном пункте.
Наконец, после очередного залпа стрельцов, ряды нападающих дрогнули. То ли количество убийств перешло в качество, следую фундаментальным риторическим приемам диалектики, то ли сказалось солнце, которое своими первыми лучами подсветило кошмарную «поляну» у каждых из ворот. Так или иначе, но нападающие несколько секунд поволновались, пошумели, а потом развернулись и побежали.
Секунда.
И над лагерем легиона раздался новый звук рога.
А потом, следом за ним, еще и горн. Бодрый такой, залихватский.
Всадники вскочили на своих коней.
И Андрей шагом повел их в сторону противоположных Антиохии ворот. То есть, туда, куда не отступали купцы. Ибо именно там по его предположению находился лагерь эмира и его основные силы…
Легионеры охотно расступились, пропуская всадников. Равно как и артиллеристы, что, подхватив свои орудия за кожаные тягловые петли, отволокли их в сторонку.
Медленно.
