Крестовский душегуб

Часть шестая

Тень

Глава 1, в которой Зверева одолевают дурные предчувствия

День выдался пасмурным, но Зверев перед выходом из дома и не подумал поглядеть в окно. Пока он ехал в трамвае, начался дождь и Зверев, не прихвативший зонт, промок до нитки пока бегом бежал от установки. Войдя в здание управления, он остановился возле дежурной части, чтобы перевести дух.

- Что, Павел Васильевич, промок? Заходи ко мне, у меня, как раз, чаёк заваривается, согреешься, - предложил Гриня Голобородько, выглядывая через маленькое окошко.

- У себя согреюсь, - сказал Зверев, стряхивая с рукава воду, - сначала переодеться надо, уж потом и чаи гонять.

- Ну как знаешь. Что-то ты сегодня раненько, обычно ближе к полудню являешься. Я уж и не чаял тебя сегодня здесь застать, а ты вон чего, ни свет ни заря, явился.

- Так уж вышло, - отмахнулся Зверев.

Но Голобородько не отставал:

- И бледный ты у нас какой-то сегодня, синяки под глазами. Не выспался что ли? Небось, опять всю ночь с какой-нибудь цыпочкой амуры крутил? - Голобородько погрозил Звереву пальцем.

Тот тут же вспомнил про больную спину, ощутил настоящее удовольствие от того, что сейчас она не беспокоила.

- Карен говорил, что он нерв застудил, или что-то там такое, в любом случае лучше переодеться и поберечь себя.

- Если бы крутил, не пришёл бы так рано.

- Не спалось, вот и не выспался, - пояснил Зверев, - сам же видишь, что у нас в последнее время творится. Несколько смертей в управлении, это тебе не шутка.

- Так я же сменяюсь через час, а глядеть сегодня у нас сам Леонид Павлович будет . Тк что спуску никому не даст! - рассмеялся Голобородько.

- Свисток сам на дежурство заступает? С чего это?"

"- У нас Степан Мельников заболел, а Прохору Ильину вчера аппендикс вырезали, так что хочешь не хочешь а придётся нашему драгоценному начальнику самому службу тащиться.

- Зверев кивнул:

- Ну раз уж сам начальник дежурной части в карауле, значит будет наша граница на замке.

- Так он здесь уже?

- А то! Он у нас птаха ранняя.

- Тогда пойду я, а то увидит меня, начнёт опять свои сказки сказывать.

- Погодь чуток, запамятовал совсем. Вот, - Голобородько сунул Звереву клочок бумаги.