Крестовский душегуб

«Вот и старость приближается», - попытался посмеяться сам над собой Зверев, однако вскоре ему стало не до шуток, спина разболелась так, что Зверев едва не вскрикнул, и для собственного успокоения решил наведаться к Оганесяну, блага его кабинет находился совсем рядом с медпунктом. Карен Робертович, осмотрев пациента, попросил Софью Павловну Юркину сделать пациенту укол, и ушёл куда-то по своим делам.

- Софочка, я ужасно смущён, - заявил сделанным смущением Зверев, когда они остались в процедурном одни, - правда, мне так неловко оголять перед вами свой зад, что я готов перетерпеть эту невыносимую боль, - Может лучше дадите мне спиртику? А от этой затеи мы откажемся?

- Можешь не смущаться, на своем веку я видела столько задов, что тебе и не снилось.

Спирта я тебе не дам, а укол всё же сделаю, а то как бы хуже не было, - когда Софья Павловна повернулась к Зверю спиной, чтобы подготовить инъекцию, тот шагнул к женщине с явным намерением обнять её за талию, но тут же скрючился от боли и застонал.

- Эка тебе скрутило, бедолага, - не заметив коварных намерений Зверева, сказала Юркина, оголяйся.

Не собираешься же ты идти домой согнуты в дугу? - почувствовав что дело и впрям серьезное, Зверев вспомнил о Зиночке и ее сюрпризе, и решил отложить свою шутки до лучших времен.

Когда Зверев спустился в фойе боль и впрямь почти утихла. Настроившись на приятный вечер, Павел Васильевич уже почти вышел из здания, но тут его окликнул дежурный по управлению:

- Товарищ капитан! А с этим то что делать?

Зверев вздрогну посмотрел вначале на дежурного, сквозь стеклянную перегородку, потом на сидевшего в фойе старика, тот сидел на лавке, морщился, точно от боли, и то и дело постукивал по полу своей алюминиевой тросточкой.

- А это кто? - поинтересовался Зверев.

- Как кто? - удивленно воскликнул дежурный, - свидетель по вашему делу, его по приказу Шувалова доставили, он уже давно тут сидит. Вот бумаги, мне их Шувалов вам передать велел .

Зверев оскалился и ухмыльнулся «значит Витя всё же отомстил, сам припер сюда этого чудака, а мне теперь с ним расхлебывайся».

Зверев подошел к свидетелю, тот тут же встал кряхтя и тяжело дыша.

- Ваша фамилия гражданин? - вопросительно поинтересовался Зверев.

- Андрей Алексеевич Боголепов, - представился свидетель.

- Андрей? Ну что ж, - прибывший показался щуплым, довольно пожилым интеллигентишкой, с крупным носом и пепельного цвета лицом.

«Что там про него говорили? В последнее время Ромашко навещал этого старика.