Владимирцев отвечает за художественный процесс в театре. И это – все. Функции, которые выполнял Дубовицкий, он выполнять не сможет. Собственно, он и не захочет впрягаться в это дело. Для этого нужны другие способности и другой характер. Более деловой. Более хваткий. Владимирцев же весь погружен в искусство. Нет, ему приходится, конечно, опускаться с высот искусства на грешную землю, как же без этого. Вступает в конфликты то с директором, то с его заместителем. Но больше всего, конечно, раздоры были с Дубовицким.
– А что так? – спросила я.
Маргарита пожала плечами.
– Ну это вообще-то в порядке вещей. Я имею в виду учреждения культуры. Видите ли, их руководителей интересуют прежде всего деньги и только деньги. А искусство для них – дело второстепенное. Поэтому если директор отклонит финансирование нового проекта, выведет из репертуара новую постановку, которая особенно дорога худруку, или отменит репетиции, то… вот он конфликт.
– То есть покойный Дубовицкий любил деньги. Я вас правильно поняла, Маргарита? – уточнила я.
– Да, все так, деньги для него были на первом месте. Но, полагаю, для руководителя учреждения это в порядке вещей. Ведь деньги – это и новые декорации, и костюмы, и гонорары артистам, и… да все, что угодно! – эмоционально взмахнула она рукой. – Да вот хоть потолок отремонтировать, а то штукатурка сыплется – думаете, Минкульт сильно помогает финансово? Ничего подобного! Руководство вынуждено выискивать материальные возможности на все эти, казалось бы, мелочи. Но не будешь же играть спектакль в зале, где кресла под зрителем разваливаются, обивка расползается, стены облуплены?
– Ну хорошо, а что вы можете сказать о меценатах, которые финансово помогают театру? – спросила я.
"
"– Практически ничего, – Маргарита развела руками, – все наши благодетели имели дела непосредственно только с Дубовицким.
– А какие отношения у Дубовицкого были со своим заместителем по хозяйственным делам, с Трегубенковым?
– Я не вникала в их отношения, я вообще стараюсь держаться подальше от администрации.
Но внешне они как будто бы ладили, не конфликтовали, во всяком случае. В принципе, Трегубенков – неплохой человек.
– Значит, Трегубенков теперь будет директором театра? – спросила я.
– Почему вы так думаете? – Старожилова с удивлением посмотрела на меня. – Я не знаю, конечно. Ведь все зависит от решения, которое примет начальник Управления культуры – Расторгуев. На данный момент Трегубенков исполняет обязанности директора театра.
