Криминальный симбиоз

Друзья поисковики, его одноклубники, все внесли в семейный раздор свою лепту. С каждого рейда они заполняли дом трофеями, и тот начинал напоминать склад металлолома или разоренный некрополь. Во всех углах, на всех полках, лежали ржавые фронтовые раритеты. Александр Петрович в делах поиска, как и Иван Селезнев, был настоящий профи и эта особенность к поисковому делу объединяла их вместе. Только Селезнев искал преступников, а Афанасьев искал эхо прошедшей войны.

— Ты Михалыч, все тут осмотрел? — спросил Селезнев, копошащегося возле трупа эксперта.

Иван вновь достал пачку «ЛД» и закурил. Он, по привычки прищурив глаза, еще раз он внимательно осмотрел комнату. Несколько раз затянувшись, он подошел к тумбочке, на которой стоял добрый старый ламповый «Электрон-716» львовского завода. Присев Иван выдвинул ящик. Он знал, что тот наполнен ржавыми раритетами. Иван раньше не понимал: на хрена Афанасьеву все это, до тех пор, пока не увидел собственными глазами, с какой благодарностью смотрели на него люди, когда он отдавал им ржавые часы погибшего деда.

Каждый предмет в его доме имел свою судьбу и своего хозяина. Хоть и был он ржавый, но до сих пор хранил о нем тепло и память.

— Михалыч, а ты «Парабеллум» видел?

— Фигня, рухлядь, — ответил Петроченков, не отрываясь от дела.

— А что у нас в районе и отремонтировать некому? Может не перевелись еще на земле русской умельцы? — спросил Иван, и бросил ржавый немецкий ствол обратно в ящик. — А, представь Щегол, сколько из него нашего народа было побито-мама не горюй! А сейчас он раритет — мать его-музэйный экспонат!

— Месяц надо в тормозной жидкости отмачивать, — сказал старший лейтенант Щеглов.

 — Я когда-то на своем огороде пистолет ТТ нашел, так тоже долго в тормозухе держал, пока он шевелиться не начал. И знаете Иван Васильевич — расшевелил я его. Можно было даже разобрать…

— И что пострелял, наверное, — спросил капитан Селезнев?

— Ага, пострелял — постреляешь с таким раритетом. Там, проржавело все! Сдал через свою бабку в РОВД, как пол закону утилизированный огнестрел, так она за него хоть к пенсии 200 рублей получила.

Один хрен на переплавку…

— Я Сергей, обязан доложить подполковнику Якимову, что ты, используешь служебное положение в целях личного обогащения. Навалим тебе срок Щеглов, и поедешь в Нижний Тагил этапом чашечки для мороженого штамповать. Это же надо, на целых 200 рублей государство объегорил! — сказал Селезнев шутя, отходя от шока.