Криминальный симбиоз

— Да я понял шеф! Я обязательно ей позвоню и забью стрелку! Это же Клондайк! Это Эльдорадо! — говорил Кот в трубу, не скрывая эмоций.

Следить за Котовским, для Валентина больше не имело смысла. В любой миг его лицо могло стать предметом изучения следственных органов, и тогда вряд ли можно было отмыться от обвинения в «убийстве» Кота. Как Валентин и задумывал, теперь сам Котовский и его крутые дяди должны были искать встречи с Сонькой. За её импозантной внешностью и осведомленностью она могла скрывать ту мнимую «тайну», которая должна была открыть сказочные дверцы к богатым инвестициям.

Валентин, вернулся тогда, когда его подельница и подружка, уже приготовила ужин. Сонька расхаживала по комнате в шелковом халатике и раз от разу прикладывалась к стакану с ликером, стараясь согреть себя после долгой прогулке по замерзшей Москве.

— Ты была на высоте, госпожа Стефания! С дебютом тебя — Мата Хари! Судя, по тому, как загорелись глаза у Кота, он проглотил нашу наживку. Теперь замрем на пару дней, Кот обязательно позвонит.

Извини меня за задержку, но мне пришлось посетить «Механика». Тебе привет от его мамы. — сказал Валентин и налив себе в бокал коньяк пригубил его, — «Механику» удалось записать разговор Кота. — сказал Валентин и отщипнул от грозди винограда пару ягод. Он вбросил их в рот и продолжил.

— Вероятней всего ты мое солнце, заинтриговала это кубло темой о швейцарцах. Они тут же мгновенно пробили информацию, по поводу немецких страховок. Кот скоро будет тебе звонить. А там намечается небольшая вечеринка с вином и жареными свиными ребрышками и мягкой белоснежной кроваткой.

— А ты Валентин, в этом уверен? — спросила подельница, очередной раз, прикладываясь к бокалу с Черри бренди. Она присела рядом с Валентином и, обняв его, запустила ему руку в волосы. Сонька любила гладить своего «Циклопа» по голове, словно кота и наслаждаться его довольным мурлыкающим видом. После такого сеанса мануальной терапии Валентин обычно заводился на секс, но сегодня он почему-то был холоден.

Валентин прижался щекой к руке подружки и сомкнул глаза. Ему не хотелось шевелиться. Сейчас, как никогда, ему было уютно и тепло рядом с этой женщиной, которая не бросила его, а наоборот пошла за ним, рискуя, как и он, своей свободой.