Криптум

Ни одна из встреченных мною женщин, даже этот симулякр, не давали мне никакого покоя или утешения. Я помнил, что сказал Райзер о голубой женщине.

– А некоторые говорят, что мы чрезмерно доверяем анциллам – позволяем им регулировать наши умственные состояния, наши персональные, внутренние дела… Верно?

– Да, – чопорно согласилась она. – Некоторые так говорят. Надеюсь, ты не согласен.

– Гиперпространство перегружено трафиком, – сказал я. – Наши высшие правители либо заняты борьбой за власть, либо пребывают в ссылках, либо скрываются, либо находятся под стражей в ожидании суда.

– Часть вины я должна принять на себя.

– Да, я тоже так считаю. И Библиотекарь обязана разделить с тобой вину. Я в этих событиях повсюду нахожу ее следы… Ты согласна?

– Разве я когда-нибудь отрицала ее влияние?

Тут всколыхнулась мудрость Дидакта, я почувствовал его интерес, но умолчал об этом.

– Но с какой целью? – спросил я. – Зачем способствовать созданию такого урода, как я… И зачем глубоко внедрять в людей гейсы? Какая людям была от этого польза? Они наверняка мертвы, а с ними умерли и все их древние воспоминания. Ты такая же жертва, как я. А одной жертве от другой ни малейшего проку быть не может.

– Я искусственный конструкт. Я не могу быть жертвой. Я отсутствую в Мантии.

– Какое самоуничижение!

Фигура на заднем плане моих мыслей пульсировала, наливаясь чем-то вроде негодования.

– Я буду вести мои жалкие исследования наилучшим образом, насколько это в моих силах, – сказала она. – Самоуничижение будет моим кредо.

Я, конечно, мог вызвать ее в любое время. Но пока не видел в этом необходимости. В нарушение инструкций я снял броню и уселся на полу, скрестив ноги, как это делал Дидакт на Эрде-Тайрине и на его корабле, что было, кажется, столетия назад. Я хотел точно знать, чем владею, понимать все мои внутренние состояния.

Ты делаешь это инстинктивно, Предтеча первой формы?

Я попытался проигнорировать вопрос. Я должен взять под контроль свои мысли, реструктурировать их, если смогу…

Переформировать себя, создать собственную внутреннюю дисциплину без Дидакта, без анциллы, без поддержки от семьи и формы и, конечно, без доступа в домен.

Невозможная задача.

Не такая уж невозможная. Это делает каждый воин перед битвой.