Криптум

Мы, похоже, стали частью той игры, которую он затеял совместно с Библиотекарем.

– Хитромудрая игра? – спросил Райзер.

– Очень серьезная игра. Я думаю, Библиотекарь не могла сообщить ему о происходящем, после того как он вошел в крепость воина. И поэтому мы его инструменты. Мало кто будет подозревать нас.

– И как это действует?

– Мы посещаем исторические места, мы видим, это нас стимулирует… Мы запоминаем. Главным образом вы видите и запоминаете. Думаю, что теперь, когда у меня есть воспоминания Дидакта, мне нужно соединиться с доменом, но домен пока недоступен.

– Домен… – Райзер поднял руку. – Мы не знаем, что это такое.

– Не уверен, что я толком знаю. Вы можете говорить со своими предками… в той памяти, что дала вам Библиотекарь. Эта память ждет активации. Так понятно?

Райзер покачал рукой, имея в виду, видимо, «да». Его лицо расслабилось, он наклонил голову. Чакас с любопытством посмотрел на него.

– Домен – это место, где содержатся наши сокровенные родовые архивы, – сказал я.

 – Они будут храниться там вечно, доступные любому Предтече, где бы он ни находился.

– Не призраки.

– Нет, но что-то необычное. Архивы не всегда остаются такими, какими были прежде. Иногда они меняются. Никто не знает, почему это происходит.

Я пробежал по некоторым воспоминаниям Дидакта относительно домена, путаным и неудовлетворительным.

– Как настоящие воспоминания, – сказал Чакас, внимательно глядя на меня.

– Наверное. Такие изменения считаются священными.

Архивам никогда не возвращают их прежний вид, их никогда не корректируют. И я кое-что узнал о боевых сфинксах Дидакта. Сфинксы – это все, что осталось от его детей.

Райзер присвистнул и присел, потом чуть покачался, снова сморщил лицо.

– Эта война убила многих… но люди хорошо сражались, – сказал я. – Думаю, нам предстоит встреча с общим врагом – не с сан’шайуумами.

Чакас и Райзер впились в меня глазами.

– Пустая клетка, – сказал Райзер.

И обнял себя руками, словно хотел ободрить, успокоить.

Перед нами мелькнула анцилла корабля:

– Дидакт ждет в командном центре.

– Всех ждет?

– Люди останутся на своем месте, пока ситуация не прояснится.

Райзер недовольно фыркнул, потом снова сел, скрестив ноги. Закрыл глаза, поднял подбородок, словно прислушиваясь к далекой музыке. Чакас неторопливо принял такую же позу – они вернулись в то состояние, в котором я увидел их, войдя.

До командного центра я добрался лифтом.