Кристалл силы: дьявольская любовь (СИ)

Появившаяся фигура сделала поворот вокруг своей оси и в один миг разогнала весь темный дым, заставляя открыться обзору.

— Я уже заждалась! — почти выкрикнула она звонким женским голосом.

Тишина. Одна секунда. Две. Райнхард сидел всё на том же месте, напряженно смотря на полуобнаженную дьяволицу в человеческом обличии, что застыла перед ним в эротичной позе, театрально подняв тоненькие ручки вверх. Черноволосая же девица смотрела на него в ответ. В её глазах не было растерянности и испуга. Ситуация вышла из-под контроля, однако она просто застыла, осознавая произошедшее.

Она даже не опускала рук, хотя тело её было прикрыто лишь вызывающим черным кожаным корсетом. Девушка просто прикусила задумчиво нижнюю губу и начала пытаться подобрать слова."

"Тишина. Три секунды. Четыре. Они продолжают в немой неловкой сцене смотреть друг на друга, пока Райнхард, наконец, не срывается на недовольное рычание и с силой не бросает в дьявольцу одеяло, которое удалось нащупать позади.

— Бездна тебя сожри, Октавия, прикройся!

— Она подавится! — моментально отозвалась девушка и звонко расхохоталась.

Она ловко поймала белоснежное одеяло и быстро завернулась в него. Довольная своеобразно выигранной игрой в немые напряженные гляделки, дьяволица юркнула на самый дальний от кровати стул, чтобы усесться там подальше от разъяренного мужчины.

— Да уж, это явно не Франция. — протянула она, заглядывая в окно, как ни в чем не бывало.

На лице Райнхарда смешалась палитра эмоций: непонимание, гнев, осуждение, — всё было здесь.

Руки его поднялись столь напряженно, будто если бы под ними была чья-то шея, он бы, не задумываясь, переломал её на две части. Однако, в конце концов, он очень глубоко вдохнул, выдохнул и, прикрыв глаза, отпустил ситуацию.

— Я не буду у тебя спрашивать, кому ты дала свою кровь и от кого ждала призыва в таком виде, да еще и в мир смертных. — его голос был натянут подобно струне.

— Правильно, я бы всё равно тебе не рассказала. — дьяволица развела руками в стороны, но моментально осознала, что тем самым раскрыла свой откровенный наряд, поэтому быстро укуталась обратно.

 — Надеюсь, я не сильно потрепала своим видом твои заржавевшие шестерёночки.

Октавия вновь подленько захихикала, прикрывая губы краешком одеяла.

— Если ты будешь иронизировать по поводу этой ситуации, а не гореть со стыда, я сделаю так, что твоё имя придется менять на Гептавию, ведь я заберу у тебя еще одну жизнь.

— Гореть со стыда? — непонимающе протянула девушка.