Кристалл силы: дьявольская любовь (СИ)

— Ты знаешь, что этот мир тебя недостоин? — прозвучал в пустоту уверенный голос Райнхарда, когда он окончательно удостоверился, что наследница уснула. — Впрочем… и я тоже.

***

Ева медленно и нехотя приоткрыла глаза. Осматриваясь, она никак не могла понять, почему вокруг так темно, оттого снова и снова моргала.

— Проснулась? — послышался голос Райнхарда.

Он подействовал подобно холодному душу. Вспомнив всё и осознав, что она лежит на коленях у дьявола, девушка резко вскочила. Она начала в спешке оглядываться, пытаясь высмотреть хоть что-то, но магическая тьма всё еще заволакивала пространство вокруг.

— Сколько я спала?

— Недолго, час или около того.

Райнхард встал и медленно потянулся. С этими его движениями темнота начала развеиваться. Глаза ослепил свет лампы, а в уши ударила музыка, всё еще игравшая снаружи. Ева зажмурилась, невольно поёжилась.

— Если бы я знал, что так будет, захватил бы с собой бутылку чего-нибудь крепкого.

— Прости, я даже не думала, что засну, но мне… — Ева глубоко вздохнула, сделав паузу, — мне надо было перезагрузиться что ли.

— Не оправдывайся. — он пренебрежительно махнул ладонью.

Впрочем, сразу после дьявол оглядел наследницу с ног до головы нескрываемым любопытным взглядом, как бы сканируя на наличие повреждений.

— Как ты? — сухо спросил он, наконец.

— В порядке. — она с трудом натянула легкую улыбку на лицо.

— Ага, прям светишься «порядком». — эти его слова прозвучали грубее, чем хотелось бы.

Ева смутилась, но очень быстро взяла себя в руки. Поднявшись с кровати, она пошла к зеркалу.

Покрутившись немного перед ним, как будто демонстрируя свои слова, Мерриман вдруг замерла, заметив небольшую дыру на платье. Она была ровно в том месте, за которое тянул Карл, задирая юбку. В глазах девушки на секунду снова отразилась та самая пустота.

— А ты ведь… не убил его, пока я спала? — спросила она с опаской, оживляясь и оборачиваясь к дьяволу.

— Нет, я был здесь.

Он отвечал строго и холодно. Будто бы весь его дневной, а может и годовой запас заботы и нежности был израсходован за последний час.

Впрочем, Ева не обижалась. Ей самой было неловко за свое поведение и просьбы о близости к мужчине, который, на самом-то деле, был ей почти незнаком. Она не понимала, как так получилось. Тело в тот момент будто действовало само, признавая в Райнхарде кого-то близкого, к кому можно прийти за помощью. А теперь, когда мысли очистились, и голова заработала, ей было даже радостно от того, что дьявол ведет себя как обычно.