Была у нее интрижка, на которую я закрыл глаза, тем более что все потом и так прекратилось.
Несколько раз Лена заводила вопрос о детях. И в начале нашей жизни я был почти не против. Вот только ничего не вышло. Уже потом, когда бывшая жена выжрала мне мозг чайной ложкой и заставила пойти к врачу — просто посмотреть, — я узнал, что у меня не может быть детей.
Как пояснил доктор, это было последствием перенесенной в детстве болезни свинки, которая капитально аукнулась мне через столько лет.
Но я не расстроился, подумал, что все даже к лучшему.
Детей в своей жизни я не представлял и даже думать не хотел, каким адом обернется вечно кричащий карапуз в доме.
В общем, все это я объяснил Лене с аргументами и попросил сделать правильные выводы. И, кажется, она поняла. По крайней мере, разговора о детях больше не было.
Моя жизнь относительно наладилась. Дома воцарилась тишина, жена успокоилась, правда, завела чертову собаку. Но с псом я смирился, даже с его гавканьем, скрипя зубами, можно было смириться.
Если бы все так не закрутилось…
Я выходил из собственного офиса, погруженный в мысли о том, как же вышло, что в моем доме все же появился ребенок? Причем чужой и шумный.
Этот вопрос тревожил, а осознание, что сейчас приедет Сергей, чтобы забрать меня на машине и отвезти в дом, который уже не такой тихий, как раньше, бередило душу.
И ведь я сам виноват. Купился на обещание борща. Почему-то он в моем воображении был по вкусу точь-в-точь, как когда-то в детстве готовила бабушка, и, видимо, только этот “самообман” не давал мне с чистой совестью уволить Кристину и послать с чадом подальше.
— Орехов! — окликнул со стороны знакомый голос; я обернулся и увидел Лену.
Да что за день сегодня такой? То звонит, то лично приперлась.
Она вылезла с водительского сидения своего красного Порше и не очень ровно двинула в мою сторону. Неужели пьяная?
— Орехов! — взвизгнула бывшая, подходя ближе. — Я приехала за собакой. Отдай мне пса. Я сегодня была у нашего дома, ворота заперты, и я не смогла попасть внутрь, чтобы забрать Термика.
— Конечно не смогла. Я сменил все замки и пароли, — ответил, щурясь и рассматривая бывшую. — Только не говори, что ездила пьяная за рулем?
Лена фыркнула.
— Можно подумать, тебя это сильно волнует. Тебе на все, кроме себя, насрать, — выругалась она, залезая в сумочку и доставая сигареты.
Щелкнула зажигалка, и женщина с удовольствием затянулась густым ментоловым дымом.
Я же отвернулся. Ненавижу курящих баб.
