И тогда я сделал так, как советовали все шпионские фильмы, — вызвал информатора.
А именно Людмилу. Что-то мне подсказывало, у матерой поварихи Антонины я и клещами слова не вытащу, а вот молодая горничная была, как говорится в народе, “п***дючим ящиком”.
Собственно, мои догадки подтвердились, стоило только намекнуть служанке, что я хочу услышать.
— Вы меня простите, Артем Дмитрич, но я правду скажу, как оно есть. Потому что я вам добра желаю.
Я поощрительно кивнул.
— Да странная она, — тут же вывалила девушка, подбодрившись моей лояльностью.
— По углам вечно шарахается. По телефону говорит с кем-то, трубку прячет. Шепчет! Я конечно утверждать не буду, но… в предыдущей семье, где я работала, там хозяйка мужу изменяла с такими же признаками. А еще я окна мыла в один из дней, и сверху хорошо видела, как к ней мужчина приезжал какой-то, и они потом уехали с ним. Не верите? Может, у Сергея спросить?
Сведения, мягко говоря, мне не понравились, но и верить я им не спешил.
Пожив на свете столько лет, я прекрасно осознавал, что значит бабская зависть и длинные языки. На горничную посмотрел, мысленно прощаясь. Слишком уж охотно она “сдала” все “делишки” Кристины.
Но к Сергею все же пошел."
"Он никогда разговорчивостью не отличался, но, если к Кристине приходили подозрительные личности, доложил бы.
— Так бывший к ней приезжал, — неохотно отозвался Сергей. — Мутный тип. Моя воля, все почки ему б отбил.
— И почему я только сейчас узнаю об этом? — удивился я.
— Что я, доносчик, что ли? Кристина — женщина хорошая, сразу видно, а этот мудак ее до слез довел, все требовал чего-то. Так чего я буду лишний раз лезть, вам докладывать, а ей нервы мотать?
Я нахмурился.
— В следующий раз докладывай. Это важно, Сергей. Я должен быть в курсе, если у нее неприятности. Это в обязательном порядке, — произнес я и задал последний вопрос: — А ты ее сегодня где в Москве высадил?
— У клиники какой-то, сказала, что пойдет почки после болезни проверит.
— Ясно, — кивнул и вернулся в дом.
Только ясно мне ничего не было.
Кристина приехала на такси. Немного уставшая, но довольно-таки бодрая, она прошла к дому, бросив взгляд на окна нашей спальни. Я сидел на открытой веранде и смотрел на нее, думая над тем, стоит ли лезть с откровенными расспросами.
Не далее как вчера говорил ей о границах, которые должны быть между людьми. Небольшое личное пространство — это то, в чем я всегда нуждался.
