На незнакомце были кальсоны с порванными манжетами и футболка с надписью «Спорт» на груди. Костлявое лицо плотно обтянуто бледной кожей, под запавшими глазами набрякли мешки. Он пошевелил длинными пальцами ног с обломанными ногтями и застонал. Сергей отшатнулся.
– Ну что? – торжествующе спросил отставной майор. – Удостоверились?! Ведьма вас кружит! Теперь давайте разберемся с остальными, пока она мне не мешает! Идем в комнату, где ваш друг в оборотня превратился.
Обратно шли не так быстро. Выбитая с «мясом» дверь продолжала лежать на полу.
– Мутант, говорите? – Аникеев шагнул в комнату, обошел перевернутую кровать и остановился около темной лужицы. Потом он встал на колени, понюхал и, к изумлению молодежи, даже лизнул пятно на полу.
– Кровь! – безапелляционно заключил Андрей Андреевич, поднимаясь и отряхивая ватные штаны. – Ничего, сейчас разберемся с вашими покойниками. Колясочник утверждал, что мутант скрылся в подвале. Пошли проверим.
Потрясенные вихрем последних событий ребята хранили гробовое молчание и безучастно шествовали за Аникеевым, как дети за своим воспитателем.
Когда они спускались по лестнице, Макс обратил внимание, что она не скрипит, как обычно. Он незаметно топнул ногой – ступенька стерпела, и Фирсов вспомнил про ночную экскурсию в дом ведьмы.
Прежде чем идти в подвал, Андрей Андреевич зашел в столовую и взял со стола пистолет. Внезапно раздался выстрел, и старинная хрустальная люстра, висевшая на длинной бронзовой цепи, разлетелась вдребезги.
– Какой-то дурак патрон в ствол загнал и на предохранитель не поставил, – с досадой заметил Аникеев и пошел за лестницу.
Крышка люка была закрыта на навесной замок, и Андрей Андреевич начал сбивать его ребристой рукояткой пистолета. Он сопел от напряжения, высунув кончик языка, и через некоторое время замок с лязгом отлетел в сторону. Бывший майор откинул тяжелую крышку. Она упала с глухим стуком, подняв целый столб едкой пыли. Андрей Андреевич закрутил колесико допотопного эбонитового выключателя.
Электрическая лампочка мигала как маяк – загоралась, но сразу после этого тухла. Прекратив бестолковые попытки, Аникеев снял мешавший ему тулуп и полез в подвал.
– Давайте сюда, не бойтесь, – раздался снизу его голос.
Женя полезла первой, Сергей – следом за ней. Макс предпочел остаться наверху. В подвале пахло сыростью вековой пыли, смешанной с приторно-пряным ароматом тлена. Сверху шел рассеянный свет, выхватывая из темноты смутные очертания каких-то предметов.
