На скулах играли желваки, и было видно, каких усилий ему стоило принять это известие от собственного брата.
Патологоанатом помолчал немного, потом вперил в этнографа стекленеющий взгляд круглых глаз:
– Бор, ты уже понял, наверное, из предыдущего повествования, что тебя постигла участь моего брата. Развяжем мешок Деда Мороза. Все было по накатанной схеме: убийство твоей семьи, затем психушка. До этого я ради развлечения напускал в твою жизнь мистический туман. Пелагее шею, кстати, тоже я сломал.
Было странно, что она это предчувствовала.
Дико вскрикнув, этнограф бросился на инвалида, но Максим удержал его.
– Единственное, что не вписывалось в мои планы, – эта тварь в подземелье. Хотя, сопоставив некоторые факты, прочитав письмо барина и, главное, найдя жреческий оберег, я понял, что в этой истории есть доля истины. Но до конца не верил, пока… – и Борис ткнул пальцем в окровавленные культяпки. – Пока сам не убедился.
Бор хотел что-то сказать, но в это мгновение внизу что-то загрохотало, после чего раздался протяжный вой, от которого у собравшихся посерели лица.
– Нужно добраться до машины, – сказал нервно Сергей, кутаясь в шубу. – Пока мы тут слушаем сказки, эта срань уже вырвалась наружу!
– Не возражаю, – поддержал его Макс. Он шагнул к двери, но на его пути внезапно возник этнограф.
– Поздно. Оно идет сюда.
– Уйди с дороги, – прорычал Макс, замахиваясь, но в коридоре уже слышались тяжелые шаги. Евгения жалобно заскулила.
– Давайте кинем оборотню этого безногого, – предложил Сергей, указывая на находящегося в полуобморочном состоянии Бориса.
– Он это заслужил. Пока его будут жрать, мы смоемся.
– Нет, – тихо сказал бывший участковый. Он поднял голову, и ребята с изумлением увидели, что оно мокрое от слез.
– Он убил твою семью, – напомнил Макс. – Опомнись, мужик!
За дверью послышался шорох, затем легкий удар, словно чудовище пробовало преграду на прочность. Бывший патологоанатом открыл глаза и поехал за шкаф, где взял ружье и вернулся на середину комнаты.
– Если хотите, можете попытаться спастись через окно, – будничным тоном сказал он.
В дверь ударили, на этот раз сильнее, и дерево затрещало.
Сергей схватил табуретку и швырнул ее в окно. Звон битого стекла совпал с очередным ударом, и в двери образовалась трещина. Комната наполнилась морозным воздухом.
Макс схватил в охапку Ангелину и бросился к окну.
– Тут невысоко, – бормотал он.
