Автоматы еще можно как-то объяснить, но вот зачем на этом островке противогазы в приличном количестве? Бред…
Он замер, повернул голову.
Шаги, столь же уверенные и целеустремленные, как давеча, приближались. Кто-то решил навестить склад. Принесла нелегкая, не повезло вам, ребятки, а могли бы и в живых остаться. Ну, может, еще и останетесь…
Присел на корточки за ближайшим ящиком, бесшумно снял с предохранителя свой «Каштан». Навел на вход.
Яркий луч фонаря вспыхнул неожиданно.
Задержался на входе в палатку, высветив болтающиеся концы шнура.
— Сволочь Сема, — услышал Мазур. — Говорил же — завязывай… Ладно, фонарик подержи, я расшнурую…
— Погоди-ка!
У Мазура заныло в желудке от нехорошего предчувствия.
— А что?
— Сема ведь при мне завязывал. На совесть завязывал.
— Да брось ты…
— Стоп! Стой, кому говорю!
Молчание. Определенно, второй человек, как быстро удалось определить, мозговитый и недоверчивый, подавал сейчас спутнику какие-то знаки — очень уж тяжелое молчание, многозначительное… И фонарик погас.
Неспроста…
Стук быстрых шагов — кинулись прочь! Уже не таясь, Мазур еще проворнее бросился наружу. Головой вперед нырнул в дыру, упал на камни, успел подумать, что может распороть гидрокостюм. Ну и плевать, не суть важно. Убегают, гады! Чешут к палатке!
Позиция была неудобная, но не его такими позициями смущать… Автомат привычно дернулся в руках, бегущие враз остановились, словно их подсекла натянутая на уровне колен проволока, с шумом упали.
Шум показался грохотом взрывов.
Мазур выскочил наружу, временно плюнув на полную бесшумность, но все же привычно двигаясь как можно тише. Полог жилой палатки дернулся — кто-то спрятал голову, втянул моментально.
И тут же крик:
— Тревога!
Мазур отскочил за палатку, держа автомат дулом вверх. В конце концов, не он первый начал, разведка, как частенько бывает, плавно перелилась в огневой контакт…
Снизу, от самой земли, наугад выстрелили — и еще раз, и еще.
Кто-то, выползши из палатки, сгоряча палил в ночную темень.
Новый вопль, такой дикий, что даже Мазура проняло:
— Не стрелять! Не стреля-ать!
Странно, механически отметил Мазур, задом-задом, на полусогнутых, отступая к воде так, чтобы между ним и «жильем» был «склад». Странно. Орет, словно его кастрируют… Впрочем, не так уж и странно.
