— Ты когда-нибудь видел мультфильмы про Карлсона?
Глава тридцать первая
Шторм
Иногда примитивная наглость лучше любой изощренности. Все зависит от обстоятельств.
По коридору двигалась шумная, заранее привлекавшая к себе внимания процессия — четверо субъектов, представлявших собою более-менее точную копию Карлсона из незабвенного мультфильма. Все четверо были завернуты кто в простыни, кто в половинки разрезанного пододеяльника с грубо прорезанными дырками для глаз. У переднего из-под импровизированного наряда привидения высовывалась рука с полуопустошенной бутылкой шампанского, каковой призрак лихо размахивал, отчего при каждом движении из горлышка била пена.
Они не скрывались, наоборот, орали какую-то дикую смесь из англоязычных песен (каждый свою, не заботясь о синхронности). Орали трое, четвертый призрак, не владевший иностранными языками, вносил свой вклад пьяным визгом."
"Пока обходилось — обслуга, наводившая там и сям порядок, недовольно косилась на припозднившихся гуляк, но сделать замечание, конечно же, не смела.
Как и зевавший охранник у одного из поворотов коридора.
Какое-то время они выигрывали. Мальчики господина Белова до самой последней минуты обязаны были сохранять на борту весь прежний уклад жизни, а следовательно, с носителями валюты продолжали носиться, как с писаной торбой.
По крайней мере до тех пор, пока не узреют их лиц — или пока они не вторгнутся на служебную территорию…
В диком несоответствии с моментом — видимо, чтобы чем-то занять мысли — Мазур пытался догадаться, что же произошло на дорофеевской «Вере» восемьдесят лет назад.
Кингстоны по пустякам не открывают. Должно быть, на пароходе случилось нечто, в отдельных своих деталях напоминавшее происходящее сейчас на «Достоевском», — среди экипажа оказались люди местного ревкома, стремившиеся помешать кровососу смыться за границу с народным добром. Возможно, началась перестрелка — не зря ржавый револьвер отыскался в трюме, куда не мог попасть просто так, ни с того ни с сего.
И есть сильные подозрения, что кингстоны открыть распорядился сам Дорофеев, личность крутая и вряд ли страдавшая голубиной кротостью.
А может, все было наоборот и кингстоны открыли «товарищи». Скажем, чтобы загнать купчину вместе с его сокровищами в шлюпку. Бесполезно, все равно сейчас не отыщешь истину…
— Кончайте орать, — негромко распорядился Мазур. — Начинаются опасные места. И без гуманизма, ребятки, я вас душевно умоляю.
