С чего бы местным, отнюдь не похожим на бичей, забираться далеко за город со скверным винищем? Конечно, возможны всяческие коллизии — скажем, юная дама замужем, и муж в застолье не присутствует…
Он плюнул про себя, решив не играть в сыщика — не его профиль, есть кому позаботиться…
Однако зеленая «Нива» нарисовалась сзади, когда они въезжали в город, а это уже наводило на размышления, играй ты в Штирлица или не играй… Видимо, Кацуба твердо решил провериться — решительно сказал:
— Останавливай-ка, Гоша, прогуляемся пешком, хоть развеемся, а то бензином несет, того и гляди наизнанку вывернет…
Вылезли, двинулись пешком, попивая баночное пивко — это хозяйственный Шишкодремов озаботился затариться в гостиничном буфете так, словно собирался на Северный полюс.
Света висела у Мазура на локте, безмятежно щебетала, восторгаясь здешней убогой экзотикой, — и однажды вытащила пудреницу, манипулировала с ней вроде бы обыденно, но потом, перехватив взгляд Кацубы, чуть заметно кивнула.
«Пасут», — понял Мазур. Наклонился, шепнул ей на ухо:
— Те же?
Она кивнула, улыбнулась с беззаботным видом:
— Довольно убого и бездарно…
— Что — бездарно? — вклинился Сережа, семенивший по другую сторону.
— Дома построены убого и бездарно, — отмахнулась она не моргнув глазом.
— А-а…
Слева, на голом пустыре, живописно разлеглась немаленькая собачья стая — штук двадцать, не меньше, в основном лохматые дворняги, но была там и пара эрделей, и даже отощалый дог.
— Бог ты мой, какая экзотика… — Света проворно сдернула с плеча камеру, приникла к видоискателю.
Отступила на пару метров, принялась старательно работать — снимала и собачье стойбище, и окружающие пятиэтажки. Мазур даже не успел заметить, когда она успела непринужденно переместиться так, что могла поймать в кадр всех возможных хвостов.
Сам повернулся следом, якобы лениво наблюдая за Светой. Ага. Метрах в тридцати поодаль оба давешних крепыша из «Нивы» старательно притворялись, будто ужасно заинтересованы газетами, лежавшими за пыльным стеклом синего киоска.
«Шнурки бы еще взялись завязывать», — мысленно хмыкнул Мазур. Даже ему было ясно, что слежка и в самом деле ведется с убогой бездарностью. Накрашенной девчонки с ними не было.
— Они ж зимой вымрут, как мамонты, — кивнул он на собак."
"— Ни черта, — сказал Сережа. — Которую зиму пережили… Тут же теплотрассы повсюду, а дома на сваях, вот они экологическую нишу и отыскали.
