Крокодильчик в перьях (СИ)

- Я решительно отняла яйцо обратно, поднесла к лицу и прижалась ухом к скорлупе. - Это не всплески магии, это сердце бьется. Три…

- Три? Зачем его тереть?

- Три сердца. Там внутри три птенца. - Кто бы мне сказал, на чем основывалась моя уверенность. Но она была, причем железобетонная.

Вот и курица кивнула клювом.

- Давай сюда и не рассказывай сказки.

- Не дам! - Я проворно вскочила обратно на кровать и даже отвернулась, пряча яйцо. - Загубишь малышей! Столько лет лежат, бедные, ни тепла, ни ласки… Я бы тоже не вылупилась!

- Ладно, можешь уходить.

Чувствую, проблем от тебя будет больше, чем пользы, - устало сказал саламандр. - Я даже портал открою к куполу. Вывалишься в паре тысяч шагов, дальше сама доползешь.

- Все равно не отдам."

"- Ну и… забирай! - сердито рявкнул ящер, одновременно с этим с силой ударяя по стене пещеры, отчего в сторону топчана полетели огненные искры, поджигая тот. - Давно пора избавиться от этих воспоминаний! Все! Пошла вон!

И он что-то сделал. Махнул рукой, словно разрезал ножом воздух за моей спиной.

А потом толкнул меня в разрез и мы с испуганным кудахтаньем полетели неизвестно куда.

Второй раз за сутки, блин! А-а-а-а! Куд-куда?!

В лужу. Большую, вонючую и холо-о-одную! Ы-ы-ы-ы!

Я чуть не захлебнулась, пытаясь выбраться и не потерять ни яйца, ни одеяла. А когда выползла на липкий от тины берег, от души выматерилась в низкие тучи. Да что ж такое! Холодно, мокро, мерзко. Яйцо тяжеленное. Мы с курицей лысые. И трофейное саламандровое одеяло намокло!

Впрочем, с последним я ошиблась.

Неизвестным образом странная ткань цвета застывшей лавы — серая с продрисью — оказалась не только сухой, но и теплой.

То есть, когда я окончательно пришла в себя, сняла хламиду и попыталась ее выжать, вода из лужи просто скатилась обратно на землю, оставив в моих руках сухое пончо. Хм… ну хоть что-то!

Я натянула одеяло обратно, спрятала под него яйцо и подпоясалась выдранной с корнем лианой. Во, не вывалится. Можно топать. Только куда? И как?

Задумчиво пошевелив пальцами босых ног в липкой грязи, я вздохнула.

Думай, Ада, думай. Тебе обещали пару тысяч шагов, это, по идее, недалеко. Но в какую сторону?

Яйцо под одеялом соскальзывало, потому пришлось умостить его на место живота. Я тут же стала похожа на беременного пингвина. С этим образом хорошо сочетались моя лысина и курицын оранжевый клюв. Ну, и одеяло добавляло в эту картину своего сюра.

Хотя лысина уже обросла коротким — в полтора миллиметра — пушком.