— Если вы невиновны, госпожа Джун, название вам ничего не скажет. Вещество экспортировано из Давелийской империи.
Злая на того, кто подставил, обиженная на полицейских, которые знали меня не один год, я не удержалась от шутки.
— А у меня много веществ из Давелии, — произнесла с мнимой растерянностью.
О! Нужно было видеть лица парней. Вытянулись, побледнели. Явно прониклись ситуацией и опасались, что могу хранить запрещенку.
— Есть «Утро Ольриона», вкуснейший шоколад империи, мне сестра присылает килограммами.
А еще есть настойки из целебных давелийских трав, чай и горный мед. Хотите, угощу?
Лица парней посветлели. Капитан Иженс хмыкнул и с откровенным облегчением ответил:
— Разумеется, хотим, но только после того, как проведем осмотр дома. Не возражаете, госпожа Джун?
Я распахнула ворота шире, едва не наступив на ногу зазевавшейся госпоже Лейк. Неожиданно она вела себя тихо, как мышка, я успела забыть о незваной гостье.
— Прошу! — И убралась в сторону.
Из магмобиля вышел четвертый законник, совсем молоденький паренек, готова поспорить, закончил КУМ в этом году.
На руках у него сидела серебристая элииска и с любопытством озиралась по сторонам. Холеная, упитанная лисичка, выглядела довольной жизнью и напарником-человеком, не то что бедняга, которую закинули мне в сад через забор. Нужно будет показать ее целителю, вдруг я что-то не долечила артефактом.
— Что ж, ищите! — разрешила я великодушно. — Кстати, я на днях где-то положила и забыла новые очки с увеличителями.
Найдете — буду благодарна.
— С вас тогда чай, госпожа Джун, — весело отозвался паренек с элииской.
— И молоко вашей лисичке, — кивнула я. — Договорились.
Парни уже успокоились и улыбались. Я регулярно диагностировала их артефакты, привозила новые, они хотели мне верить. Они должны были мне верить! Я не могла оказаться преступницей.
Не успела полиция войти, как мать моего бывшего друга заверещала:
— Она что-то закопала в саду! Я видела! Видела!
Через два часа, облазив сад и дом, злые полицейские и поникшая госпожа Лейк собрались на кухне, которая вмиг стала тесной.
— Чай будете? — поинтересовалась я, наливая молоко в глубокую миску для лисички законников.
Зверек устал бегать по большому саду, вынюхивая то, чего там больше нет. А вот понурых ребят не жаль — поверили анонимке и вздорной, мстительной особе! Впрочем, я пристрастна, они должны проверять подобный сигнал, таковы правила.
