КроШа. Книга первая

– Мне не принципиально, кто будет заказчиком – супружеская пара или одинокий мужчина, – стараясь говорить ровно, произнесла Валерия.

На последней фразе Верестов усмехнулся.

– Будем считать, то мой хозяин… одинок.

Неприятно резануло по ушам слово «хозяин».

– Извините, если я неправильно выразилась, – поспешила исправить оплошность Лера, чувствуя, как количество адреналина в крови резко возросло.

– Ничего страшного. Я Вас понимаю.

Лера подавила всплеск неконтролируемой и пришедшейся так некстати ярости. Понимает он её! Конечно! Тот, кто отваливает за ужин в мажорном ресторане несколько тысяч долларов, не сможет понять того, кто собирает деньги на лекарства родственников!

– Итак, моим заказчиком будет мужчина.

– Вы мне сообщите его имя?

– Чуть позже. Сначала условия договора обсудим.

– Да-да, конечно! – Лера взяла сумочку со стула и достала из неё медицинскую карточку. – Вот мои анализы и…

Натолкнувшись на снисходительный взгляд Верестова, она умолкла. Даже замерла, не зная, как поступить далее.

– Лерочка, разрешите мне к Вам так обращаться? Ваша медицинская карточка ни к чему. Вы производите впечатление умной девушки. Поступили на юридический факультет. И учитесь, стоит отметить, на «отлично». Неужели Вы могли допустить мысль, что мы не подготовились к встрече с Вами?

Лера, признавая своё поражение, прикрыла глаза и выдавила из себя улыбку. Ну да, чего это она? Они, наверняка, узнали о ней абсолютно всё. Всё, что можно и что нельзя. С одной стороны, она понимала заказчика.

Скоропалительные выводы она делать не стала. Всему своё время.

– Если Вы собрали обо мне информацию, то должны понимать, что я нахожусь в сложном положении, – Лера решила больше не изображать довольную жизнью молодую девушку. Как только скинула с себя маску беспечности, сразу стало легче. Даже мышцы лица и те отозвались легким дискомфортом – за последние семь часов ей слишком много приходилось насильно улыбаться.

– Да, мы понимаем. Поэтому я и делаю небольшую скидку в разговоре с Вами.

Не только она перестала «держать лицо». Верестов тоже. В одночасье исчезло видимое добродушие, и напротив неё оказался человек с пронзительными глазами, что, не отрываясь, смотрели на неё. Изучали.