Онлайн-библиотека книг
Чтобы он мог полностью накрыть ее тело.
— Какого хера ты мило улыбаешься этому молокососу? — рыкнул он хрипло, обдав ее горячим дыханием с легким запахом алкоголя. Он наклонил голову, приблизив свое лицо к ее. Так, что она видела, как гневно раздуваются его ноздри, как желваки заходили на скулах, а от уголков глаз побежали более глубокие морщины.
Она ответить ничего не успела. Лишь задохнулась. Не то от неожиданности, не то от того, что кровь по жилам побежала быстрее, и тело бросило в жар.
— Лера! — теперь его голос вибрировал.
И тут у Леры в голове перемкнуло. Обычно сдержанная и собранная, она сорвалась. Так же шепотом ответила, яростно шипя:
— Как я могу это помнить, если уже забыла, когда в последний раз ты брал меня?
Глава 18
Валерия суетилась до тех пор, пока Геныч не подкатил к ней на инвалидной коляске и не фыркнул:
— Мелкая, а ну, угомонись.
Лера растерянно посмотрела на брата и поставила поднос с закусками на столик.
— Геныч, я…
— Сейчас ты пойдешь и сядешь с нами. Выпьешь. Я — кофе, ты — чай, парни — пиво. И больше не будешь мельтешить перед глазами туда-сюда. Все накрыто. Хватит егозить.
— Но…
— Валерия.
Если брат называл ее полным именем — дело плохо.
Значит, Геныч нервничал не меньше ее. Лера постаралась успокоиться. Правда, что она суетится? С раннего утра, причем. Как в девять часов выбралась из объятий Тимура, что сонно что-то проворчал, так и отправилась хозяйничать.
— Ребенок, я вполне в состоянии накрыть на стол. Причем, парни мясо уже замочили, так что не надо лишних движений. Ты и так теперь с нами проводишь больше времени, чем дома. Муж не ворчит?
Хороший вопрос. Сегодня она обязательно спросит. Наверное.
С матерью Валерия спорить не стала. Но все же четыре пиццы принесла.
Маргарита Николаевна покачала головой, при этом по-доброму улыбнувшись.
Будущие хозяева дома и гости расположились на утепленной веранде, чтобы проще было готовить мясо на костре.
Жарить мясо вызвался Тимур и Михей.
Серый остался развлекать Леру и Маргариту Николаевну. Геныч ворчал и комментировал все происходящее. Лера понимала причину его иронии — он желал оказаться на месте Тимура, и чувствовал себя неуютно, вынужденный передвигаться пока что с помощью кресла.
