КроШа. Книга вторая

Засыпала и во сне искала его тело.

Осознание того, что она инстинктивно нуждается в нем, срывало крышу. Выворачивало душу наизнанку. Заставляло сжимать зубы с такой силой, что они аж скрежетали.

Млять… Это было невыносимо. Это было восхитительно.

Перевернуть бы ее на спину и взять сонную. Разбудить резкими толчками. Увидеть, как в полусонных глазах зарождается желание. Как она выгибается под ним и аккуратно, порой едва ли не робко, подается вперед, к нему навстречу.

Но Тимур не мог. А если все-таки сделает ей больно…

Она же маленькая.

И носит двойню. И такая миниатюрная, несмотря на то, что груди крупные и… Снова груди. Все мысли Тимура так или иначе скатывались к телу Валерии.

— Это хорошо, что ты ей не изменяешь, — заметил Тамим накануне.

— Ты за мной следишь? — усмехнулся Тимур.

— Наблюдаю.

— Тогда объяснись.

Тамим, закинув ногу на ногу, откинулся на спинку кресла. Разговор происходил в кабинете Тимура.

— Хорошая она у тебя. Нравится мне. Эй-эй, не свирепей! Вижу, как оскаливаешься. Не надо.

Твоя жена — неприкосновенна. Если бы я ставил цель поиметь ее — перекупил бы. И не качай головой. Три месяца назад ты не был в нее влюблен и при сильном моем хотении…

Тимура как током прошибло. Он сидел за столом, руки на подлокотниках кресла, и сам не заметил, как с силой сжал их. Лишь чуть корпусом подался вперед, точно хищник, замерший перед прыжком.

— Ты что-то путаешь, брат.

Тамим с ехидной улыбкой покачал головой.

— Не, не путаю. Уж кто-кто, а я тебя знаю. Ты женился на ней. И не говори, что из-за детей.

Мы с легкостью могли отобрать обоих малышей. Повторюсь — с легкостью. Даже, почти не напрягаясь. Увез бы ты ее ко мне на девятом месяце, она бы там и родила. А дальше — дело техники. Но нет. Ты выбрал другой путь. Правильный. За что я тебя уважаю еще сильнее, брат. Мы еще не знаем, кто у тебя родится — мальчики или девочки, а может, и разнополые дети. Но то, что рядом будет мать — положительный момент.

Тимур молча слушал Тамима. Тот был философом, и порой, под вечер, любил поговорить за жизнь.

Это у них с Турции повелось. Разговоры зачастую их и спасали от безумия.

— Твои размышления интересны.

— Да я только радуюсь за тебя, Тимур. И воздаю Хвалу Аллаху, что у тебя все складывается благополучно. Ты желал сильную достойную спутницу, не развратницу, не охотницу за твоим состоянием, а настоящую женщину — она у тебя есть. Береги ее. А то придут и отберут. Твоя Лера — неграненый бриллиант, и от тебя зависит, засверкает он или потускнеет.