Откуда бы тогда взялось столько народу… — возражает Акула, — Я заплыл в игру другим течением. Сородичи напрягли старые связи, перекупили билет. А на розыгрыш из любопытства пришел. Сам посуди, как бы я ловил Погремунчика вот этим? — он кивнул на огромную секиру, прислоненную к стенке.
— А ты оружие разве не в храме получал?
— Секирка у меня наследственная, — Акула любовно погладил древко, — Мне Акулбаба сразу сказал, в храме ничего не бери. Тебе это ни к чему… слушай, Кротовый, давай вместе охотиться, а? Я сильный и ловкий… только не очень умный… но я буду тебя слушаться.
Нам принесли еду, и Акула набросился, будто неделю не ел.
— А вот резать хлеб ни к чему, — сказал он и запихал в пасть сразу четыре куска, — Пустая трата времени.
Однако… здоровяк задал мне задачку. А про него справка прямо так и выдает: «здоровяк 1 уровня». С одной стороны, мне бы не помешал такой помощник. С таким помощником тот саблезубый паук меня бы не слопал. Но его же хрен прокормишь. Вон он… за семерых лопает.
— Видишь ли, Акула, — выражаю сомнение, — Я-то в отличие от тебя в храме взял и оружие, и еще три предмета. Мне для прокачки опыта в пять раз больше понадобится."
"— А я с тобой поделюсь, — запросто отвечает Акула, — Мне Акулбаба сразу сказал, если, говорит, ты, малой, получил билет на игру, это еще не значит, что уже можешь начинать ссаться от счастья. Постарайся, говорит, сойтись с игроком, который в голову не только жрет, а еще и в нее думает.
Какой мудрый чел… акул… этот Акулбаба.
И мне трудно представить габариты того аксакала, если он называл вот этого громилу словом «малой».
— Но я охочусь на болоте, — делаю еще одну попытку отделаться от Акулы, — Там агрессивная среда.
— За это не переживай. Я толстошкурый. Меня болотом не пронять. К тому же там водная стихия. Мне это только на пользу.
— Ну хорошо, попробуем. Но я ничего пока не обещаю.
Мы создали с Акулой «игровую группу», в которой я взял на себя роль вожака с правом распределения игрового опыта.
Вообще-то, очень щедро с его стороны, предоставлять мне такое право. Но подвоха я не вижу. По-моему он просто по-детски наивен.
— Акула, а лет тебе сколько?
— Шестнадцать, — отвечает он, — По нашим меркам еще малек.
— По нашим тоже.
Выходим из трактира на вечернюю деревенскую прохладу. Солнце катится за горизонт, только бездельников не видно ни одного. Игроки деловито снуют по селу. Скидывают добычу, берут новые задания и снова бегут «в поля».
