Кровь и чернила

— Господа! Поздравляю вас с получением вашей первой придворной должности! Теперь вы официально императорские аудиторы по вопросам Веры и Ереси! Служите достойно! Сэр Ричард, желаете приколоть мандат на кожу? Если да, то вынужден буду попросить десять минут, у меня нет дезинфицирующего инструмента. — Говорил молодой чиновник тоже очень быстро. Практически тараторил.

— Пока обойдусь! — Ричард скрипнул зубами. Сдернутая с окна штора валялась обугленной тряпкой рядом со входом.

— Я настаиваю, вы обязаны носить знак мандата на видном месте! — Чиновник улыбнулся, словно речь шла о цвете форменного сюртука.

Услыхав последнюю фразу, Ричард едва не приоткрыл рот, но совладал с эмоциями, и бросил короткий взгляд на приятеля. Рей сигнал понял верно.

С глухим стуком лицо чиновника впечаталось в конторку.

— Вынужден сообщить вам, что мой босс огорчен вашей просьбой.

— Думаю, можно вполне обойтись лентой. — Бодро заявил избитый по завершению экзекуции. — Но очень рекомендую избегать ношения мандата на гениталиях, в противном случае будет составлении протокол об оскорблении императорского достоинства!

— А если он их приколет на гениталии? — Уточнил Салех.

— Не возбраняется, но в биле есть пункт согласно которого мандат должен быть предъявлен проверяющему. Может возникнуть коллизия, не совметимая с привычной анатомией, если проверяющий выше вас рангом мандат может быть временно изъят, с тем местом куда установлен.

— Мистер Салех, пойдемте, нам больше нечего тут делать. — Ричард поднял баклер и направился на выход из кабинета.

Мандат — небольшую брошь с императорским вензелем, он сжимал в ладонях.

Дверь закрылась, Салех смущенно потоптался, но тоже взял свою брошь и вышел вслед за приятелем.

— Чудно как то, допросить бы этого молодчика, а то он издевался. Я ему морду бил а он глумливо хихикал. — Громилу последний факт несказанно огорчил.

— Мистер Салех, вы действительно хотите узнать, почему мандаты можно прикалывать к коже и таскать на гениталиях? — Ричард огляделся и отправился через зал почесывая баклером лопатки.

Окружающие люди уставились на графеныша с очень разными выражениями на лицах. Но если судить по шепоткам, в целом к Гринриверу относились как к призраку. Нечто необъяснимое, опасное, и жутко занимательное. С поправкой на то, что призраков в императорском дворце быть не может по определению.

— Меня скорее пугает тот факт что кто-то составлял на этот случай бумагу. — Рей оглянулся, и тяжело вздохнул.