Кровь и чернила

— Для начала, сожги ему глотку, а то уши болят. — Ульрих поморщился. — Вот так гораздо лучше, спасибо! — Добавил старик, когда вопль оборвался. — Ну, если ты хочешь его убить, действовать надо слегка иначе.

— Если бы он был верен, я был бы мертв. — Устало ответил Виктор и задумчиво пошевелил усами. — Он предал, и спаси меня. Но я все равно не понимаю, ведь среди паладинов не бывает предателей!

— Среди паладинов никто никогда не совершал предательство. — Поправил потомка первый император. — А это важный нюанс.

— И что бы ты сделал на моем месте?

— Взял бы с него клятву, и выпнул куда подальше. С душехранителем на пару. У меня как раз есть одна подходящая дыра, на юге. Такие люди нужны государству. Как раз к концу практики успеют решить одну старую проблему. Или сгинут. Редкие кадры!

— Да уж, видел бы ты его лицо, когда я принялся его благодарить за свое убийство! — Император действующий расхохотался и отправил очередной вихрь пламени в ожившего Гринривера. — Я думал он прям сейчас тронется умом на самом деле! А вообще, страшный он человек! Не думал, что такие бывают.

— Кадры решают все. — Старик пожал плечами.

— Если Гринривер тебе нужен, я сохраню ему жизнь, папа! — Последнее слово было произнесено с каким-то глубинным сарказмом.

— Я тебе уже две тысячи лет… — Ульрих внезапно осекся. — Впрочем, не только тебе. Хорошо так тому и быть.

— Надеюсь, в столице эти двое больше никогда не появятся?

— Не могу тебе обещать. Но дам слово что все отныне будет согласовано с тобой.

— Папа, только избавь меня от очередной лекции по лошадям! А вообще, давай запретим этот варварский обычай с данью? Мы живем в век пара, может пора делаться цивилизованнее?

— Вот сначала придумай, как заставить самых именитых разбойников платить все налоги каким-то другим способом, тогда и поговорим об этом. — Жестко ответил старик.

Виктор тяжело вздохнул и поднялся с трона.

— Он твой. Не желаю больше его видеть. Никогда. — Бросил император, и покинул зал через центральный вход. Не оборачиваясь.

Ульрих навис над обнаженным графенышем, которого император на прощанье обратил горсткой пепла.

— Мой мальчик! У меня для тебя отличные новости! — Широко улыбнулся Ульрих.

Гринривер снова завопил. От ужаса.

— Правильно ли я вас понимаю, Рей Салех жив и поехал к своей семье? — Ричард ошарашенно таращил глаза, силясь овладеть лицом.