Кровь и честь

Актер оказался проворнее и увидел то, что хотел скрыть от него Виктор.

Принц лежал, распростершись на спине в постели, Хетер уютно прижималась к нему. Он же разглядывал длинную извилистую трещину в штукатурке потолка.

- Виктор… - произнесла Хетер негромко.

- Да?

- Ты правда думаешь, что не избежать междоусобицы?

- Конечно. Слишком много образовалось партий, не склонных прийти к единому, устраивающему всех решению. Да это и к лучшему, я не смогу спать спокойно, пока мои братья и регент не будут мертвы.

- Это я понимаю, Виктор, но если будет война, умрут тысячи людей.

- Вероятно, но меня мало волнует, что будет с какими-то крестьянами, которые плодятся, точно кролики. Не распускай нюни, Хетер, мне понадобится твоя поддержка. Я многому научился за долгие годы, проведенные в изгнании. Думай о себе, а уж потом о других, если о них вообще стоит, думать. Мне плевать на крестьян и на придворных и на всех прочих в этой проклятой стране. Никто и пальцем не шевельнул, когда мне нужна была помощь. Пусть пропадут все пропадом.

Джордана охватил ужас. Он считал, что готов ко всему, почти ко всему, но глубина презрения, которое испытывал Виктор к своим подданным, потрясла актера. Принц улучил момент и освободился от контакта. Джордан словно услышал в глубине сознания какой-то беззвучный рык, вспышка яркого света ударила ему в глаза. Актер рванулся вперед в своем кресле, по лицу его пробежала судорога, во рту пересохло, и он закашлялся. Глаза болели, и Джордан стал тереть их дрожащими руками.

Очень многое из того, что он узнал, погрузилось в подсознание, но необходимое актер запомнил твердо. Он холодно посмотрел на согнувшегося в своем кресле Виктора. Лицо принца было смертельно бледным, и он почти не реагировал на попытки Хетер и Родрика привести его в сознание. Джордан внезапно содрогнулся. Он не понимал, почему его так обескуражил тот эпизод. Разве есть закон, где написано, что король обязан любить своих подданных? Да если сравнить Виктора с его же собственными братьями, то он просто святой! Наверное, Джордан просто окончательно разочаровался в принце, актеру хотелось, чтобы человек, двойником которого он стал, оказался лучше.

«Я был прав, когда говорил в самом начале, что мне досталась роль разбойника», - подумал он с горечью."

"Родрик склонился над актером и спросил, как он себя чувствует. Джордан ответил неопределенным жестом, стараясь заставить себя держать язык за зубами. Потом подошел Гэвэйн и сунул в руку актеру стакан бренди.