Кровь и честь

Рыцарь выдернул секиру, застрявшую у него в латах, и бросил ее на пол. Его покрытые свежими царапинами доспехи сплошь были залиты кровью убитых, но никто не стал бы утверждать по виду Железного Сердца, что закованный в броню исполин хоть в какой-то мере пострадал. На Монаха Луи и смотреть не стал. Вместо этого он окинул взглядом поле битвы и выругался, не желая верить самому себе.

«Похоже, Доминик и правда хотел нас всех прикончить», - подумал он.

- Ладно, - строго сказал Луи Железному Сердцу, - докладывай, что тут происходило, пока я был у Доминика?

- Люди вашего брата поджидали нас, - сказал рыцарь, - Это была очень тщательно подготовленная засада, и мы угодили в нее, - голос его звучал ровно и отчетливо, но слегка приглушенно, как будто неуязвимому исполину трудно было говорить.

- Те солдаты, что охраняли коридор с разных сторон, - мертвы. На них напали, едва за вами захлопнулась дверь. Похоже, ваш брат собирается и в дальнейшем нападать на ваших людей в ваше отсутствие. Я бы посоветовал немедленно возвратиться домой и решить, что можно сделать.

- Присоединяюсь, - сказал Монах, - в настоящий момент моя магия охраняет вас от нападений с применением колдовства, но остальные ваши люди остаются беззащитными."

"- Я должен был догадаться! - Луи зло ткнул в ближайший из трупов мечом. - Могу поклясться, что эта мысль принадлежала паскудине Элизабет. Теперь понятно, почему она почти все время молчала, пока я находился там! Она просто сидела и щурилась, глядя на меня, зная, что, пока я разглагольствую о партнерстве и сотрудничестве, моим людям режут глотки по ее приказу! Я ей сердце вырву за это… Монах, мне нужен защитный экран не только для нас троих, но и для остальных моих людей.

- Это лишит меня возможности нападать с помощью колдовства, - ответил Монах.

- Знаю! - крикнул Луи. - Все равно невозможно атаковать Доминика на его территории, у него всегда будет достаточно времени, чтобы организовать необходимую защиту.

Мы должны убраться отсюда поскорее и спасти то, что еще возможно. Пусть будут прокляты! Я оторву головы Доминику и Элизабет, насажу их на колья и выставлю перед главными воротами, чтобы вороны выклевывали им глаза! Если бы мне досталось что-нибудь получше, чем магия земли…

Голос его стал сухим, когда он вспомнил об унаследованной им стихии.