Вот только во время короткой битвы меня не оставляло чувство недоумения — ведь мы карали не приспешников тьмы, мы убивали простых людей. Пусть они преступники, пусть они убийцы, но это обычные люди. И для таких случаев существует мирская стража, которой должно найти и покарать негодяев. Это не дело Церкви! Но приказ мы выполнили. Пресекли грабеж, уничтожили и рассеяли разбойников. А затем выяснилось, что это отдаленное богатейшее поместье принадлежит одному из важных церковных иерархов. Он сам был в полной безопасности — скрылся в специальных потайных покоях вместе с челядью, где и переждал все неприятности.
Он появился лишь в конце, небрежно одетый, распоясанный, брызгающий слюной и вопящий о том, что мы торопились слишком медленно и что многие картины и другие предметы искусства безнадежно испорчены. Он стоял посреди двора, окруженный окровавленными трупами своих стражей и разбойников и орал на боевых священников, многие из которых получили серьезные ранения, защищая его дом! Он не обратил внимания на молоденькую служанку с раскроенной головой, с задранной юбкой, жестоко изнасилованную.
Его не печалило тело старого слуги, умершего на ступеньках дома с топором в руках, до последнего пытающегося защитить своего хозяина — выходя, он попросту переступил через труп, брезгливо поддернув края богатого халата. Церковного иерарха волновали лишь испорченные вещи. И в тот миг, зажимая рукой рассеченное плечо и теряя кровь, я впервые задумался — почему мы пришли на его защиту? Ведь он из рядов Церкви! И если уж пришла беда, он должен был достойно принять разграбление или даже свою собственную смерть! Но вместо этого он с помощью «вестников» остановил отряд ордена Искореняющих Ересь, преследующий темных!
Замолчав, священник утер ладонью рот и машинально принял от Тиксы пузатую кожаную флягу.
Сделал глоток и тут же поперхнулся и надсадно закашлялся.
— Крепкая! — довольно заулыбался гном, забирая флягу обратно. — Друг Корис? Пробовать?
— Пробовать, — кивнул я и приложился к горлышку фляги.
Закашляться не закашлялся, но брага на самом деле крепкая. И явственно ощущается вкус грибов и чего-то еще.
Дождавшись, пока я проглочу, отец Флатис продолжил:
— Последней каплей оказались две девушки, выбежавшие вслед за иерархом. Хоть и молоденькие, но явно не его внучки, судя по откровенным нарядам и поведению. Провожаемые гневными криками хозяина поместья, мы вскоре покинули его дом и продолжили преследование. Но время было упущено.
