– Не поверит. Обидится.
– Хорошо. Скажи, что твоя русская подруга пригласила тебя и его вечером в ресторан. Куда, кстати, вас пригласить?
– Куда хочешь, только не в китайский. Стивен терпеть не может китайскую кухню. Когда ты за нами заедешь?
– Не знаю. Часов в девять-десять.
– А завтра? – после паузы грустно спросила Лена. – Завтра мне тоже никуда не выходить?
– До завтра надо дожить, – Света щелкнула зажигалкой и закурила. – Как зовут того парня, к которому ты ездила на Брайтон?
– Арсений Верещагин.
– Он кто?
– Поэт.
– Кто?! – Света засмеялась.
– Что ты смеешься? Он правда очень талантливый поэт. Мы с ним двадцать лет знакомы.
– Чем он здесь занимается?
– Не знаю. Работает на «кеш», живет в жуткой дыре, стихи пишет.
– Он тебе свою пушку одолжил?
– Купил для меня. Принес в ресторанной корзиночке. Знаешь, здесь в отличие от Европы все, что не доел, складывают в такие красивые корзиночки. «Собачий пакет» называется. У каждого ресторана – свои, фирменные.
– Из какого же ресторана был тот «собачий пакет»?
– Кажется, «Очи черные».
– Ты поэту все рассказала?
– Да.
– И что он?
– Он сказал, будто догадывается, кто за мной охотится, и намерен точно это выяснить.
– Что ж ты раньше молчала! – Света даже притормозила.
– Он фантазирует, это несерьезно. Ты бы видела, в какой нищете он живет! Если бы у него были связи с бандитами, он бы жил не так. Ничего он выяснить не может."
"– В следующий раз, – строго сказала Света, – пожалуйста, выдавай мне всю информацию. А уж оценивать ее и делать выводы, что серьезно, а что нет, я, извини, буду сама.
Лена не обиделась. Она знала, что Света права.
* * *– Салон «Белла Баттерфляй». Чем могу вам помочь? – произнес низкий женский голос по-русски.
– Вы говорите по-английски? – спросила Света.
– Да, конечно, – ответили ей.
– Вы делаете изысканный массаж только господам или дамам тоже?
Света говорила из телефона-автомата и прикрывала ладонью трубку, чтобы не был слышен уличный шум.
– О, мы рады любым клиентам, – голос стал прямо-таки медовым, – милости просим.
В любое время дня и ночи.
Конечно, в джинсах и кроссовках в салон заявляться не стоило. А ехать домой, переодеваться – терять время. Света огляделась по сторонам и через минуту уже входила в магазин готовой одежды. Там она купила строгий брючный костюм, очень дорогие туфли на мягкой плоской подошве, бледно-розовую шелковую блузку. Во все это она переоделась в примерочной, а джинсы, куртку и кроссовки попросила упаковать в пакет.
