– Не имеем права, – тусклым голосом ответил парень, – в больницу привезем, там разберутся.
– А вы меня в какую больницу везете? – уже спокойно спросила Лида. Она была уверена – в больнице ее посмотрят и отпустят.
– В хорошую, – буркнул парень.
В приемном отделении ее встретила медсестра в белом халате.
– Ребенок живой! – радостно сообщила ей Лида. – Мне бы домой скорей, а то больница ваша далеко, за городом.
– Давайте мы вас сначала посмотрим, раз уж приехали, – приветливо улыбнулась медсестра, – раздевайтесь.
Лиду огорчало только одно: домой придется добираться на электричке, а это дорого. Она послушно разделась и отдалась в руки проворной медсестре.
«Посмотрят и отпустят», – повторяла она про себя, но пока ее никто не смотрел.
Лежа в какой-то маленькой комнатке с воткнутой в вену иглой капельницы, Лида ждала врача и старалась не двигаться. Улыбчивая сестра, которая ставила ей капельницу, уходя, предупредила:
– Лежите, не двигайтесь.
– А там что? – спросила Лида, скосив глаза на подвешенную над ней банку.
– Витаминчики, – ответила сестра.
Лида старалась не двигаться и не заметила, как задремала. Проснулась она от резкой боли в пояснице и сначала ничего не поняла.
Все остальное происходило как в страшном сне. И в этом сне она услышала слабый, жалобный писк, похожий на мяуканье крошечного котенка. Приподнявшись на локте, Лида увидела в руках высокой полной женщины большой эмалированный лоток. Из лотка выглядывала крошечная ножка. Она мелко дрожала и подергивалась.
– Девочка, – будто сквозь вату, услышала Лида голос пожилой полной женщины, которая отдала лоток улыбчивой медсестре.
Из груди Лиды вырвался дикий, животный вопль. Пожилая докторша оглянулась.
– Больная, что вы кричите? Все уже позади.
– Что позади? Она живая. Отдайте мне ее, я выхожу!
– Успокойтесь, пожалуйста. Да, плод оказался живым. Но у него патология, несовместимость с жизнью. У вас произошел выкидыш. Хорошо, что это случилось здесь, в больнице.
– Какой выкидыш? – выкрикнула Лида в спокойное, холеное лицо.
– Обыкновенный. Вас привезли к нам с подозрением на внутриутробную смерть плода. Плод действительно оказался нежизнеспособным. Мы поставили вам капельницу с глюкозой и витаминами, чтобы попробовать поддержать его. Но у вас от нервного перенапряжения началась активная родовая деятельность.
– Я подам на вас в суд, – тихо и решительно произнесла Лида.
– Это ваше право, – пожала плечами Амалия Петровна.
