Она брела по гулким, продуваемым ветром залам, отчаянно пытаясь уловить на другом конце ученической нити хоть какой-то отклик, но ее окружали только пустота и тишина. Пламенная снова пропустила момент, когда коридор устремился вниз и превратился в темный тоннель. Она вышла в знакомый зал. Свет магических ламп дробился и играл на гранях колонн и сталактитов. Белые линии исполинского узора были почти не видны — весь пол был завален телами. На девушку смотрели искаженные ужасом знакомые лица. Несмотря на розовые волосы и алые глаза, она узнавала их одного за другим.
А мертвецы тянули к ней иссохшие руки…
Райга проснулась и резко распахнула глаза. Только после этого она ощутила, что по ее щекам катятся слезы, а кожа покрыта липким холодным потом. Девушка медленно села на кровати. Накатила невыразимая и невыносимая тоска. Она накинула черно-красное хьяллэ и словно в тумане вышла из комнаты. Все еще вздрагивая от пережитого, словно в тумане направилась к двери. Ее рука уже потянулась к ручке, когда глухое рычание за спиной привело Райгу в чувство.
Пламенная резко обернулась.
Черный, словно сотканный из дыма пес стоял прямо за спиной и не сводил с нее белые сверкающие глаза.
— Черныш? — удивленно пробормотала Райга.
Тоска накатила с новой силой. Пес решительно схватил ее за руку и потянул за собой. На сопротивление у Райги не было сил, поэтому она позволила Тени притащить ее в комнату парней. Там Черныш выпустил руку девушки и решительно толкнул её на кровать Ллавена. Голова закружилась и Райга бессильно опустилась рядом с эльфом.
В этот момент пес вспрыгнул на кровать и прошелся дымным языком по лицу Ллавена.
Тот резко распахнул глаза. Райга не успела смутиться, как ладони юного эльфа обхватили ее лицо, а пальцы впились в виски. В его глазах плескалось изумление. Но вместо того, чтобы расспрашивать Райгу, он шепотом попросил:
— Не кричи, ладно?"
"Кивнуть она не успела. Боль расколола ее голову. Девушка закусила губы, чтобы действительно не кричать и не будить спящих товарищей.
Это было совсем не похоже на то, что делал Хунта. Ллавен как будто выжигал из нее остатки кошмара. Стирал искаженные ужасом красноглазые лица, вытягивал страх и боль, пил ее тоску и отчаяние. Лицо эльфа в этот момент выглядело странно воодушевленным. Как будто он получал удовольствие от процесса. Боль начала нарастать, и Ллавен резко оторвал руки от лица девушки. Он тяжело дышал, по вискам его градом катился пот. Над ними появилось хмурое лицо Райтона.
