Самым сложным было засунуть туда пламенную магию, но и это у меня получилось."
"Райга невольно покосилась на свои пальцы. Для создания амулета им пришлось ночью удрать из дворца и отправиться на местное кладбище. А в попытках привязать магию к амулету Миран пустил кровь не только себе, но и товарищам. Пламенная магия привязываться к каким-то камням категорически не желала, и Райга истыкала себе лезвием все пальцы, чтобы добыть нужное количество крови. И надо же было случиться так, что магистр Лин именно в этот момент решил проверить, как у них дела.
Видом залитого кровью могильного камня и ученицы с порезанными подушечками пальцев одной руки он остался очень недоволен.
Райтон повесил медальон на шею и убрал под рубашку, а потом сказал:
— Иметь персонального темного артефактора неплохо.
— Единственного темного артефактора, единственного темного эльфа и единственную Пламенную — втройне неплохо, — ухмыльнулся Миран. — Но надо шевелиться. Магистр Лин просил его не ждать. У него какие-то дела, и он прибудет позже.
Поздравительная церемония оказалась на редкость нудной. Прекрасное платье королевы, парадный костюм Райтона. Герольды объявляли имена и регалии герцогов. Герцоги подносили подарки королеве и ее сыну. Звучали пафосные и напыщенные речи. Но больше всего Райге не нравились взгляды. Почему-то ей казалось, что младшего принца здесь, по меньшей мере, не любят. А на нее глазели все, кому не лень. Только ближе к концу официальной части она заметила, что среди стоящих у трона принцев нет Риовелла Джуби.
— А где наследник? — тихо спросила девушка у Ллавена.
Эльф повернулся и прошептал ей в ухо:
— Переговоры с восточными гномьими кланами. Райтон сказал, что тот всегда куда-нибудь уезжает в этот день.
Райга подумала, что принц, наверное, даже рад этому. За месяц обитания во дворце она поняла, что старший принц тихо ненавидел младшего и всегда старался его поддеть. Но большей частью делал это тогда, когда их никто не видит.
После церемонии Мирана и Ллавена подозвал Иночи Райс. Вопреки их ожиданиям, тот обращался к Мирану подчеркнуто вежливо и только по делу.
А вот с его отцом, который тоже был среди толпы придворных, стоило держать ухо востро.
Когда зазвучала музыка, Райга хотела отойти в сторону и подождать, пока освободятся Миран и Ллавен. Но ей заступили путь несколько юношей. Девушка подняла глаза. Перед ней стояли Акато Кадзу, Хунтабере Сид и еще три незнакомых молодых человека. Акато в камзоле родовых цветов, тот же темно-синий наряд Сида.
