Кровавая плаха

Чудесный мальчик! Отец очень беспокоился о его будущем, перед смертью положил в один из банков Парижа на имя сына пять тысяч франков. Кстати, вот письмо, я его получила чуть более двух недель назад: «Мне удалось получить место у богатого инженера Павлова, и я этим весьма счастлив…»

Агент это письмо привез в Москву. Кошко улыбнулся:

— Мой учитель Иван Путилин утверждал: «Преступник всегда оставляет следы. Чтобы их разглядеть, сыщику следует быть зорким». Нынешний преступник оставил много следов.

Нетрезвый студент, забывший мыльницу в киевской гостинице, был разыскан и доставлен к Кошко.

Он назвал адрес, где встречался с господином, который его нанимал: 3-я Тверская-Ямская, меблированные комнаты госпожи Песецкой.

Хозяйка по предъявленной фотографии Гилевича сразу узнала своего постояльца:

— Да ведь это инженер Павлов. Он снимал у меня помещение. К нему ходило много молодежи. Одного юношу он отобрал — в секретари. Уехал с ним в Киев, но потом быстро вернулся, взял другого и уехал в Петербург. Больше господина Павлова я не видела.

Вдруг от тети Прилуцкого пришла телеграмма. «Саша жив. Просит выслать документы, необходимые для получения пяти тысяч».

В Париж срочно командировали Каллистратова. С вокзала сыщик бросился на почтамт. Выяснилось, что господин, называющий себя Прилуцким, вчера получил пакет из России. Сыщик понесся в банк. И тут вздохнул облегченно: деньги Прилуцкого пока лежали на его счете.

Организовали засаду. В тот же день явился человек, вовсе не похожий на Гилевича.

После того как он получил пять тысяч, богатырь Каллистратов заломил ему руки.

В полиции с него сняли бороду, смыли грим, и миру предстал… Гилевич.

— Ваша взяла, — вздохнул убийца, — пишите протокол.

Он признался во всем.

— Очень хотелось получить страховку в четверть миллиона!

Поставив витиеватую подпись под протоколом допроса, Гилевич сказал:

— Комедия окончена! Дозвольте смыть остатки грима.

Взяв из своего чемоданчика полотенце и мыло, в сопровождении полицейского отправился в уборную.

Тут он незаметно для охраны откусил кусочек мыла и замертво грохнулся на кафель пола. В мыле был спрятан цианистый калий.

В эти же дни в камере Бутырской тюрьмы удавился брат Андрея. Перед судом предстала их мать — старая несчастная женщина. Адвокат свою речь заключил словами:

— Что ей ваш суд? Ее уж покарал суд Божий: один сын погиб в петле, другой от яда.

Старухе дали условное наказание. Добираясь к себе домой на Солянку, она угодила под трамвай «Б».