Кровавая плаха

При этом крике в кабинет влетел Белостоикий-младший:

— Это он! Сомнений никаких. Ах, убийца проклятый! — И он с кулаками ринулся на Кольку.

Колька был уверен, что его жертва давно на том свете. Он трясся от страха, лепетал:

— Да я что? Я ничего! Они сами меня ранили…

Кошко понял: пришел наконец благоприятный момент — и сейчас Колька, видимо, смертельно боявшийся главаря, все расскажет.

И действительно, он рухнул на колени:

— Простите, все — как на духу… покаюсь…

И далее последовали страшные подробности.

Колька, всхлипывая, размазывая сопли по морде, назвал адреса сообщников и добавил:

— Теперь Сашка-Семинарист меня убьет.

Этот Сашка и был главарем шайки. Он был единственным, чей адрес Колька не знал. Всех остальных участников кровавых пиров в тот же день арестовали: слесаря пивоваренного завода, брата Кольки, и еще какого-то 16-летнего ученика мясника.

При обысках обнаружили множество вещей с убитых и похищенные ценности.

Все бандиты с ужасом говорили о своем главаре. Задумывая преступления, он не столько думал о деньгах, сколько о возможности истязать жертв.

Так, мать и дочь Яковлевых в Коломне этот Сашка-Семинарист собственноручно мучил более четырех часов.

Добычу они делили, собравшись где-нибудь на пустыре. Главарь тут же назначал время следующей встречи и самолично намечал жертву. Дисциплина в банде была железная. Когда однажды один из ее членов отказался убивать, Сашка перерезал ему горло, отрезал уши и нос. Другой раз он прострелил строптивому сообщнику грудь.

— Когда жертва не могла оказать сопротивления, Сашка никому не позволял ее убивать — для себя оставлял! — рассказывали бандиты.

— Где его можно поймать!

— В меняльной лавке на Ильинке! Он завсегда там сдает процентные бумаги. У нас расчет назначен как раз на субботу. Так что сегодня-завтра он туда непременно приедет, — уверял каждый из бандитов. И добавлял: — Только Сашке не говорите, что это я вам про него сказал.

В тот же день Сашку арестовали. Был суд. Садиста, державшего в страхе всю Москву, приговорили к повешению. Но к 300-летию дома Романовых последовала амнистия. Сашке повезло — смерть ему заменили двадцатью годами каторги. Остальные участники банды получили по 13–15 лет.

Кто он был, этот Сашка? Сын городского головы одного из уездных городов Пензенской губернии. После гимназии поступил в семинарию (отсюда его кличка).