Кровавая вира

Так что? Мне продолжить, или сам скажешь?

Вздохнув, седой с ненавистью посмотрел на своего мучителя и, вздрогнув, тихо проворчал:

– Откуда ж ты взялся такой? Молоко на губах не обсохло, а кровь словно воду льешь.

– Я, дружок, с Кавказа. С абреками резаться начал еще мальчишкой. Так что вас троих словно баранов освежую и не вздрогну. Приходилось видеть, как человек без шкуры выглядит?"

"– Да чтоб тебя, – содрогнувшись, прохрипел седой. – Ладно, слушай. За Нарвской заставой через полверсты тропка влево уходит.

Там болотце малое. На том болотце старая ива. А под ее корнями сундук. Там все. Только сразу скажу. Тебя за тот общак Иваны на ножи поднимут, и года не пройдет.

– Пусть на Кавказ приезжают, – усмехнувшись, кивнул парень. – Есть у меня среди абреков людоловы знакомые. Рабов османы с удовольствием покупают. Туда все и поедут.

– Ну, мое дело прокукарекать, а там хоть не рассветай, – зло огрызнулся седой.

– Я вот еще что спросить хотел, – вспомнил Елисей. – Чего это ты через окраину решил к османам идти?

– Да не к османам, – скривился бандит.

 – Продал бы девку, от этих избавился и с хабаром к литвинам бы ушел.

– Язык их знаешь. Сам, что ли, оттуда? – задумчиво хмыкнул Елисей.

– И вправду слушал. Ловок, бес. Мы и не услышали, как вошел, – оценил седой. – Чего теперь с нами-то будет?

– А это не я. Это теперь князь Тарханов решать станет, – пожал Елисей плечами. – Знаешь, кто это?

– Имя слыхал, а вот чем промышляет, не ведаю, – угрюмо буркнул седой.

– Промышляет? – иронично усмехнулся парень.

 – Это ты промышляешь, рожа, а князь Тарханов всей контрразведкой ведает. Так что влипли вы, господа разбойники, как кур в ощип. Он прикажет, и вас на колья насадят, имени не спрося. Считай, что нет вас больше.

– Как так-то? А суд? – растерянно спросил бандит.

– Он вам и суд, и прокурор, и стряпчий с адвокатом. Развелось вас, тварей, патронов перестрелять не хватит. Ничего, ножами управимся, – прошипел Елисей и, ухватив его за шиворот, поволок обратно к подельникам.

– Погоди, казак, погоди, – захрипел седой. – Выкуплюсь я у тебя. Сам всю жизнь на старость собирал. И золотишко там есть, и камушки, и просто червонцев на три жизни хватит. Все твое будет, только уведи меня отсюда. После, когда схрон мой заберешь, отпустишь. Я тебе место покажу, где меня укрыть можно. Сам сходишь, заберешь, а после схрон и откроешь.

– Ну, и где тот схрон? – чуть подумав, поинтересовался Елисей.

– Пустырь за Путиловским заводом знаешь?

– Угу.