Почему-то мне казалось, что после обращения это хобби должно исчезнуть. Исполненная абсурдной надежды, я вглядывалась в его лицо, точно ожидая увидеть, что он стал прежним, пока я спала. Может, последние полтора месяца были просто дурным сном.
Увы. Красные глаза и жесткое выражение лица – все на месте. Мои надежды разлетелись вдребезги.
– Ты долго спала, – продолжал он.
Я бросила быстрый взгляд за окно. Полная тьма. Ночь. Проклятье! Я ведь хотела всего лишь вздремнуть часок-другой.
– И ты поела.
Изумление в его голосе разозлило меня.
– Я любительница пиццы. Чего тебе надо?
Заложив книгу, он положил ее на стол.
– Увидеться с тобой.
– А я думала: твоя единственная цель – превратить меня в живого мертвеца.
Он не желал признавать этого, что раздражало. Терпеть не могу, когда возникает чувство, будто твои слова просто игнорируют. Вместо этого он стал уговаривать меня сесть.
– Устанешь стоять.
– Я только что проснулась. Кроме того, если я в состоянии целый час швыряться мебелью, уж как-нибудь постою немного, ничего мне не сделается.
Не знаю, почему я продолжала отпускать свои обычные саркастические замечания. По-хорошему, учитывая ситуацию, следовало просто игнорировать его. Молчать, а не играть в словесные игры. Наверно, в глубине души мне казалось, будто, разговаривая в насмешливом тоне, как раньше, смогу достучаться до прежнего Дмитрия. Я подавила вздох. Снова из головы вылетел один из уроков самого же Дмитрия. Стригои – не те люди, какими были когда-то.
– От сиденья тебе тоже ничего не сделается, – ответил он.
– Я ведь уже сказал, что не причиню тебе вреда.
– Вред – понятие субъективное. – Потом, внезапно ощутив прилив бесстрашия, я подошла и села в кресло напротив него. – Доволен?
Он наклонил голову, несколько прядей темных волос выбились из небольшого, завязанного сзади конского хвоста.
– Ты по-прежнему прекрасна, даже после сна и небольшой схватки. – Его мерцающий взгляд обратился на груду нарядов, которую я бросила на пол. – Ничего не понравилось?
– Я здесь не для того, чтобы играть с тобой в переодевания.
Дизайнерские платья не убедят меня в желании стать членом клуба стригоев.
Он вперил в меня долгий, пронизывающий взгляд.
– Почему ты не доверяешь мне?
Я тоже уставилась на него, только с выражением недоверия.
– И ты еще спрашиваешь? Ты похитил меня. Чтобы выжить, ты убиваешь невинных людей. Ты совсем другой.
– Я лучше, я же говорил тебе. А что касается невинности… – Он пожал плечами.
