– Держи его! – закричала она.
Адриан состроил гримасу.
– Не… могу. Что за черт? Такое чувство, будто здесь кто-то еще…
– Эйвери, – сказала Лисса, бросив на ту быстрый взгляд.
Лицо Эйвери было бледно даже для моройки, дышала она тяжело и сильно потела. Это она боролась с принуждением Адриана. Несколько мгновений спустя Симон снова освободился и начал надвигаться на Лиссу и Адриана, хотя его движения выглядели вялыми.
«Сукин сын», – подумала я.
«И что теперь?» – спросила Лисса.
«Рид. Займись Ридом. Отделайся от него».
Пока шла схватка с Симоном, Рид стоял словно зачарованный. И, как у Симона, его движения казались немного замедленными. Тем не менее он снова устремился к Лиссе. Симон, видимо, рассматривал в качестве непосредственной угрозы Адриана и направился к нему. Самое время убедиться, верен ли лозунг «Разделяй и властвуй!».
«А как же Адриан?» – спросила Лисса.
«На минутку предоставим ему действовать самостоятельно. Займись Ридом. Врежь ему».
«Что?»
И все же она послушалась, исполненная такой решимости, которая наполнила меня гордостью.
Рид оскалился, словно рычащий зверь, он был слишком уверен в своих силах, хотя еще плохо соображал и двигался неуклюже. И снова я попыталась научить Лиссу без слов, попыталась заставить ее почувствовать, что это такое – ударить кого-то. Как откинуть назад руку, как сжать пальцы, как стянуть к ним всю свою силу. После того что она делала раньше, я могла рассчитывать лишь на какое-то подобие удара; главное, не подпустить его к себе, создать новое препятствие.
И тут произошло нечто поистине прекрасное."
"Лисса ударила Рида по носу. В смысле, врезала от души. Мы обе услышали, как хрустнул нос. Хлынула кровь. Он отлетел назад с вытаращенными глазами. Лисса тоже широко распахнула глаза – никогда, никогда я не подумала бы, что она способна на такое. Милая, деликатная, прекрасная Лисса.
Мне хотелось вопить и плясать от радости. Но это был еще не конец.
«Не останавливайся! Врежь ему еще раз. Нужно вывести его из игры».
«Я уже сделала это!» – закричала она, ужасаясь делам рук своих.
Ее кулак тоже болел. Эту часть я опустила, когда давала свои инструкции.
«Нет, ты должна вывести его из строя, – сказала я ей. – Думаю, он и Эйвери связаны, и она берет свою силу у него».
Сейчас это приобретало смысл, учитывая, что он замер, когда Эйвери вытягивала силу для принуждения, и что он знал, в какой момент нужно появиться. Она использовала их связь, чтобы вызвать его.
