Неужели пользователь духа действительно вернул стригоя к жизни? Теоретически, поскольку пользователи духа могут исцелять и даже оживлять мертвых, почему бы им не проделывать то же самое с не-мертвыми? И Дмитрий… Дмитрий определенно казался другим, пока держал в руке кольцо. Может, дух при этом воздействовал на него, дотягивался до некоторой частички его прежнего «я»? А я тогда подумала, что он размягчился под воздействием воспоминаний о своих родных…
– Мне нужно поговорить с этим мороем, – пробормотала я.
Хотя… зачем? Выдумка или нет, уже слишком поздно.
Я сделала, что хотела. Убила Дмитрия. Теперь ничто не вернет его к жизни, никакое чудо духа. Сердце заколотилось чаще, я едва дышала. Внутренним взором я видела, как он падает, падает, падает… с колом в груди. Говорил ли он при этом, что любит меня? Всю оставшуюся жизнь я буду задаваться этим вопросом.
Боль и печаль затопили меня – но одновременно и облегчение. Дмитрий стал созданием зла, а я освободила его, даровала мир и покой. Может, он и Мейсон теперь вместе на небесах, оттачивают боевые приемы стражей.
Я поступила правильно, и не о чем сожалеть.
Не догадываясь о моих переживаниях, Оксана среагировала на последние слова.
– Марк не шутит. Этот человек безумен – если вообще жив. В последний раз, когда мы встречались с ним, он едва был в состоянии поддерживать разговор или даже использовать свою магию. Он скрывается. Никто не знает, где он, – за исключением, может быть, его брата.
– Хватит, – предостерегающе сказал Марк.
В Эйбе, однако, пробудилось любопытство.
Он наклонился вперед – вылитый змей.
– Как звать того человека?
Марк заколебался, но потом ответил:
– Роберт Дору.
Как бессмысленно все это, осознала я! Этого человека не найти; к тому же, вполне вероятно, в приступе безумия он вообразил всю эту историю со спасением стригоя. Дмитрий ушел, одна часть моей жизни подошла к концу. Я должна вернуться к Лиссе."
"Тут я заметила, что Эйб подозрительно примолк.
– Ты знаешь его? – спросила я.
– Нет. А ты?
– Нет.
– Я вгляделась в лицо Эйба. – У тебя определенно такой вид, будто ты что-то знаешь, Змей.
– Мне кое-что известно о нем, – ответил Эйб. – Он незаконнорожденный королевский морой. У его отца была связь, результатом которой и стал Роберт. Отец всегда относился к нему как к члену семьи. Роберт и его сводный брат росли вместе, хотя не многие знали правду. – Но уж Эйб, безусловно, знал. – Дору – фамилия его матери.
Неудивительно. Среди королевских семей нет такой – Дору.
