Кровавый Рим. Книги 1-9
0 прочтений
В государстве, в его верховном правлении обязательно должны присутствовать две противоборствующие силы. Такова природа республики, которую мы должны всемерно поддерживать. Ясно ли я выражаюсь?
– О да! – хором ответили сенаторы.
– Поэтому-то я и прошу, чтобы в консулы баллотировался мой кровный враг Цинна. Такова моя просьба к сенату. Далее, я желаю, чтобы Марий был объявлен, как того он заслужил, врагом отечества. Ясно ли я выражаюсь?
– О да! – сказали сенаторы.
– О Сулла! Все, что мы слышали здесь, – удивительно.
Сулла был доволен. Очень доволен.
– Я жду решений сената, – сказал он.
Сенаторы сквозь благодушный тон его голоса уловили звон металла: «Я жду решений сената»… Почти что приказ… Однако Сулла покорил их. Все, что сказал Сулла об убийце Сульпиция, и все, что сказал о Цинне, – по меньшей мере удивительно и никак не вяжется с тем, что приходилось слышать о Сулле раньше.
– Очень прошу сенат: избрать консулом Цинну!
И простился с сенаторами.
Те ушли озадаченные. Мнение их о Сулле совершенно переменилось.
А Сулла подозвал Децима и сказал:
– Позаботься о том, чтобы этот Гилл, когда ты приведешь его на скалу, уже ни о чем не мог проговориться.
Вскоре после ухода сенаторов Сулла приказал послать глашатая к Цинне и сообщить ему, что с минуты на минуту в гости к нему прибудет Сулла. И чтобы глашатай тут же возвращался и сообщил ответ Цинны.
Дом Цинны находился на противоположном конце Палатина.
Пока глашатай бегал туда и назад, Сулла облачился в новую тогу, надел новую обувь. Приготовили носилки с парчовыми занавесками. Сателлиты заняли свои места. Двенадцать ликторов с фасциями стали впереди шествия. Специальный отряд из преторианской гвардии кольцом окружил носилки.
Пока шли приготовления, вернулся и глашатай; он сообщил, что Цинна ждет Суллу.
Сулла сошел с лестницы, занял свое место в носилках, и его понесли. Лег на подушки и задумался.
Он вспомнил свою молодость. Она не была особенно сладкой. Можно быть знатным, но не очень богатым. Есть вольноотпущенники, которые превосходят богатством и роскошью Юлиев, Корнелиев и прочих патрициев. Служба под началом Мария в Югуртинскую войну – далеко не мед. Все бывало в ту пору: и успех, и неудачи, и награду, и унижения.