С их точки зрения каждый, что еще не был обращен на алтаре, однажды может там оказаться, начав служить делу магии крови, поэтому они очень снисходительно относились к тем страстям, которые были характерны для представителей пяти рас. И им не следовали.
Но многие из ныне влиятельных эльфов в кланах королевства Ангэрэда еще не родились тогда, когда он лично возглавлял огромную армию всех пяти рас в борьбе с кровавыми колдунами. Поэтому ничего не знают ни об их опасности, ни о правильной стратегии в борьбе с ними.
Отдай он приказ о безоговорочном отступлении без боя, бросив священный лес – не бывать ему больше королем. Не факт, что и жизнь удастся сохранить, даже факт, что не удастся – зачем новому королю нужен в живых такой влиятельный претендент на его место? Было бессмысленно отдавать приказ об отступлении и в том случае, если бы жизнь ему была не мила, или он был бы готов пожертвовать собой, спасая от верной гибели своих подданных. Жить королю очень даже нравилось, а принести себя в жертву Ангэрэд был бы готов только в том случае, если бы его гибель имела смысл.
Проблема была в том, что, сместив его с трона за непопулярный приказ, никто не будет выполнять его. Напротив, новый король тут же бросит все войска в атаку на кровавых колдунов – защищать священный лес."
"Поэтому, вздохнув, король сделал именно то, что от него ждали его придворные и подданные – приказал собрать войска, чтобы бросить их в бой на кровавых колдунов, когда они войдут в лес. При этом не все из эльфов, находившихся в лесу, были его подданными.
Много было и войск вассалов, и союзников, но главное – что все они рвались в бой.
Надо было бы сказать их колдунам, чтобы не использовали магию против армии магии крови, – подумал, было, король, но потом махнул рукой – это не имеет никакого значения! Все равно эта битва будет проиграна! Его задача, как короля – отдать приказ об отступлении, когда поражение в сражении станет всем очевидно, и от него будут ждать именно такого указания.
И надеяться – что к этому моменту у него еще останется армия, которую можно будет отвести с равнины Ксхевахайр, чтобы потом использовать против врага.
Но, кроме этого, король, понимая неизбежность проигрыша в этом сражении, хотел все же и хоть как-то поквитаться с агрессором. Поэтому он собственноручно написал письмо, чего не делал уже много десятилетий, заклеил его своей печатью, и отправил с гонцом, искренне надеясь, что оно быстро дойдет до адресата.
