Историю прошлой войны он знал, но его эльфийская натура протестовала против такого союза.
– Не то что с орками и гномами, со всеми! – внушительно ответил король, – в том числе и с нечистью.
– С нечистью? – орки и гномы удивили Эльковала, но предложение о союзе с нечистью его вообще шокировало, – но зачем?
– А как вы себе представляете атаку того же Даблвира, чтобы выжечь там всех, пораженных магией крови и найти и разрушить их алтарь? Это же город под контролем нечисти.
И за несколько минут эту задачу невозможно выполнить. А когда мы задержимся, нечисть, несомненно, примет это за масштабное вторжение на ее территорию, и пришлет подкрепление. Да как бы не просто подкрепление, может стянуть и всю армию. Как там было с этими бродячими кланами, мне Тор Маттур рассказывал – их армию окружили в городе Брандар, и убили всех, кто там был, наложив множественные дебаффы. В том числе и на использование высшей магии, позволяющей убежать с поля боя.
Поэтому без союза с нечистью наш план сразу обречен на провал. Кровавый колдун исподтишка захватит городское население в городах нечисти, а там сейчас находится большинство населения параллельного мира. И все, война проиграна. Эльковал, ты не сражался с войсками кровавых колдунов, ты не знаешь, как трудно одержать победу. А без численного преимущества – и вообще невозможно.
Эльковал, впервые на памяти короля, замолчал.
Так-то у него всегда был на все готовый ответ, и он фонтанировал предложениями. Ничего, ему полезно подумать! – злорадно подумал король. Но колдуна не так-то просто было озадачить. И его следующий вопрос королю это доказал.
– Так получается, нам нужно добиться и содействия бродячих кланов? – спросил он.
– Да, учитывая, что они восстановили свою численность, то это так, – подтвердил король.
– Я готов поучаствовать в посольствах ко всем сторонам, где это будет нужно! – тут же выпятил грудь Эльковал, – кто, как не я, буду способен объяснить сомневающимся, с какой страшной угрозой мы имеем дело!
– Посольства – это дело хорошее, но есть, как я уже говорил, и очевидные проблемы! – ответил король настолько терпимо, что в нем невозможно было узнать недавнего гордеца, готового приказать казнить колдуна за то, что тот прервал его трапезу.
