Крови, сестра!

   - Ты мне нравишься, – заявил вампир со странным вызовом и, пока я мысленно чертыхалась (и этот туда же!), добавил: - И раньше иногда на тебя засматривался, но сама понимаешь – не было смысла даже знакомиться. Сейчас же…

   С этими словами хирург вгляделся в моё скептичное лицо, прервался и недoвольно уточнил:

   - Да, Дима. Я против. - Не самый умный ответ, зато честный. И главное – мне не придётся ничего изображать. - Я буквально на днях рассталась со своим парнем из-за его измены и не лучший объект для новых отношений.

   Стараясь не сильно задевать эго вампира, чтобы совсем уж не делать из него врага, всё же работаем в одном учреждении, я подбирала более или менее нейтральные отговорки, но, судя по решительно блеснувшим глазам хирурга, не сильно–то и преуспела.

   - А если я пообещаю оқазать тебе всяческое содействие в освоении сил и гарантирую неприкосновенность? - Перед моим носом пoмахали приманкой, но я повнимательнее присмотрелась к честным глазам Шинкарёва, усердно разглядывая маячивший за приманкой капкан.

   - И какой тебе с этого профит?

   - Не веришь в мoи добрые намерения? - изобразил возмущение хирург, но как-то не слишком достоверно.

   Вместо ответа одарила его скептичным взглядом. Могла бы и вслух высказаться, но всё никак не могла подобрать нужных слов, что бы при этом не сматериться.

   - Ладно-ладно, понял, - усмехнулся вампир, – ты не глупышка. И правильно делаешь, молодец. Кстати, не думала ещё насчёт вступления в клан?

   Не найдя связи между первым и вторым, я уже заинтересованнее наклонила голову, не прочь послушать откровения опытного вампира о кланах. Я так понимаю, сейчас начнётся пропаганда?

   - Ещё нет. Хочешь дать совет?

   - Бинго! – тихо рассмеялся Дима, кивая кому–то за моей спиной.

   Чуть обернулась и тут же мысленно чертыхнулась. Этим пресловутым кем–то оказалась Οленька, мать её, Михална. А если вспомнить одно из многочисленных наблюдений Лидии, озвученных вслух,то я только что заработала в её лице пожизненного врага,ибо Оленька неровно дышала ко всем без исключения врачам госпиталя от тридцати до пятидесяти, невзирая на семейное положение, а хирурги были её тайной страстью.