Кровник (пенталогия)

Женщина начала сонно шевелиться и что-то замычала — я прошептал ей на ухо по-чеченски:

— Проснись! Проснись! Тихо, если ты закричишь, я убью твоего ребенка! — И приготовился навалиться на нее, чтобы лишить возможности активно двигаться. Реакция могла быть самая непредсказуемая: горские женщины делятся на две категории. Одни тупые и необузданные, они могут по любому поводу удариться в истерику с дикими криками и рваньем волос из разных мест, а другие забитые и покорные, безропотно сносящие любые удары судьбы.

Вздрогнув всем телом, женщина попыталась приподняться и замерла, ощутив на своем лице тяжесть моей руки. Уфффф! Я облегченно вздохнул и некоторое время тихо шептал слова успокоения — те, что знал на чеченском.

Спустя полминуты я решил, что женщина окончательно проснулась, и сообщил ей:

— Я тебя пальцем не трону. Мне нужно лишь кое о чем спросить тебя. Потом я уйду тихо-тихо, и никто об этом не узнает. Очень прошу: веди себя прилично. В противном случае мне придется тебя убить, хотя я очень не хотел бы этого делать…

Осторожно ощупав мое лицо пальцами, чеченка слегка ударила по руке, закрывающей ей рот.

Я убрал руку, и она шепотом спросила:

— Ты русский разведчик, да?

В голосе ее, как ни странно, я уловил скорее любопытство, нежели страх.

— Ну вот, здрасьте! Откуда ты взяла, что я русский разведчик? — удивился я. — Я что, плохо говорю по-чеченски?

— Ты говоришь по-нашему, как русский, — сообщила мне женщина. — Так что — ты русский?

— Вспомни август прошлого года, — не стал отпираться я.

 — Вспомнила? Я тот самый тип, что спас тебя от насилия. Ну?

Женщина резко села и отпрянула — я рванулся было уложить ее на место, но она осторожно удержала мои руки и прошептала:

— Не бойся! Я не буду шуметь. У тебя есть фонарик? Хотелось бы посмотреть на твое лицо.

Я автоматически отметил, что она перешла на русский и владеет им довольно неплохо для сельской жительницы, немного подумал и, достав из сумки китайский фонарик, осветил свое лицо.

— Да, это ты… — женщина вздохнула. — Я… Я запомнила твои глаза тогда, когда ты оторвал от меня этого… Ну, его. Ты тогда был похож на зверя — думала, что убьешь… Кстати, кому ты рассказал обо мне?

— Я и есть зверь, — согласился я. — А о том, что произошло, я никому не рассказывал и трепать об этом не собираюсь.

— Спасибо тебе, — прошептала женщина и, внезапно схватив мою кисть, вдруг поцеловала ее.