Кровные узы

Что именно там происходило - оставалась тайной за семью печатями, которую я надеялась никогда не узнать. Уверена, что «переподготовка» однозначно можно было назвать «промывкой мозгов». Мне только однажды довелось увидеть человека, который вернулся оттуда, и, если на чистоту, после этого, его уже нельзя было назвать полноценной личностью. Скорее, как зомби, и я даже думать не хочу о том, что его таким сделало.

В моей голове, словно эхом раздался голос отца, чтобы я «поторопилась». Нужно было попытаться абстрагироваться от своих страхов.

Вспомнив, другое его предупреждение, я постаралась действовать потише. Моя мать спала весьма чутко. Вообще-то в том, что она могла застать нас, уходящими по Алхимическим делам, не было ничего страшного. Но в последнее время она была не особо добра к своему мужу (и дочерям). С тех пор, как в прошлом месяце, меня доставили на порог нашего дома, прямо в руки моих родителей разъяренные Алхимики. Между моими предками начались ужасные ссоры, и нам с сестрой Зои приходилось ходить вокруг них на цыпочках.

Зои.

«Зачем ему Зои?»

Я задавалась этим вопросом снова и снова, пока собиралась. Я знала, что значит «презентабельный вид». О том, чтобы надеть джинсы с футболкой не было и речи. Вместо этого, я потянулась за чистыми, отутюженными серыми брюками и белой блузкой на пуговицах. К верху подошел темно-серый кардиган, который я аккуратно подпоясала на талии черным ремнем. Маленький золотой крестик, тот, что не снимая носила на шее - был единственным украшением, которое мне никогда не надоедало.

А вот с волосами дело обстояло куда хуже. Даже всего после каких-то двух часов сна, они уже торчали во все стороны. Я пригладила их, как смогла, и, в надежде добиться лучшего результата, покрыла их обильным слоем лака для волос. Из макияжа была только легкая пудра. Ни на что большее у меня просто уже не оставалось времени. Весь процесс приготовления у меня занял всего шесть минут, думаю, это мой личный рекорд.

Я побежала вниз по лестнице, стараясь ступать аккуратно, без лишнего шума, чтобы не разбудить свою мать.

В гостиной было темно, но из приоткрытой двери отцовского кабинета, лился в коридор свет. Расценивая это, как приглашение, я толкнула ее и проскользнула внутрь. Приглушенный разговор прекратился в тот же момент, стоило мне войти. Отец осмотрел на меня с ног до головы, одобряя мой внешний вид; он знал, что лучшее средство сейчас - просто избежать критики.

- Сидни, - резко сказал он. - Думаю, ты знакома с Донной Стентон.