Кровные враги

Снежана нехотя и настороженно ткнулась носом в мою окровавленную ладонь.

— Ты ведь помнишь меня, да, девочка? — осторожно прошептал я.

Волчица рыкнула, но не отпрянула. Наоборот, лизнула мои пальцы. А потом, словно извиняясь, осторожно прижалась к ране.

Я медленно осел на пол, тут же зарылся пальцами свободной руки в мягкую шерсть."

"— Возвращайся ко мне, малышка, — тихо попросил я, понимая, что не услышит, чуда не произойдет, по крайней мере, не в это самое мгновение. — Не могу без тебя, Снежа.

Ты бы поторопилась, а? Сил у меня становится все меньше. Еще немного, и уйду к праотцам. Но хуже всего, Снежка, что и тебя потащу за собой.

Это было откровением и осознанием слабости с моей стороны. Еще пару дней назад я не собирался отчаиваться. Но неделя без еды — слишком много, даже для такого древнего, как я.

24

Я не спал. Это было сродни беспамятству, когда тело погружается в забвение, а мозг частично воспринимает все, что происходит вокруг.

Снежану я чувствовал. Она была рядом.

Аромат ее крови пьянил и манил. Клыки удлинялись, норовили прокусить нежную кожу в том месте, где бился пульс. Жажда крови обуяла меня настолько, что становилось физически больно, а горло пересохло.

Но я не двигался. Уже не хватало сил, чтобы сопротивляться собственному безумию. И только Снежана держала меня от последнего, крошечного шага в бездну.

Она была рядом. Я чувствовал ее. Видел в своих мыслях ее стройную фигуру и белоснежные волосы, рассыпавшиеся по плечам.

Моя волчица приближалась ко мне, пронзая мою черную душу своей улыбкой. И ее глаза светились голубизной летнего неба.

Однако здесь мы были не одни. Я чувствовал чужака. Кто-то наблюдал за нами. Кто-то, настолько сильный и могущественный, что способен контролировать каждое движение Снежаны.

Я протянул руку. Попытался дотянуться до Снежаны. Тщетно. Она отпрянула, оказавшись в нескольких метрах от меня.

— Нет… — пробормотал я.

А за спиной раздался знакомый голос ведьмы. Виктория что-то бормотала, назойливо, словно острым скальпелем рассекая искалеченное тело.

— Не пускай ее к нам, Хэльвард! — резко потребовала Снежана.

Но я знал, что слова исходят не от моей Снежаны. Словно кто-то говорил за нее, а нежные губы моей жены послушно шевелились.

— Нам и вдвоем хорошо, любимый! — не унимался кукловод Снежаны, заставляя ее шевелить губами.

— Хэльвард! — резко закричала Виктория, оглушительно, взрывая мой слух своим голосом.