Круг перемен

Откусывая прямо от буханки ржаного, Максим присел на ствол поваленной берёзы и стал бездумно смотреть на медленное движение серебристых облаков по голубой глади. С отчётливой грустью ощущалась мимолётность момента покоя, когда знаешь, что вскорости придётся встать и уйти прочь, с трудом вырывая себя из зоны комфорта.

Понтус с деловитым ворчанием копался в куче песка, но вдруг залился лаем и юркнул в руины.

— Понтус, ко мне!

Хитрая морда пса мелькнула в тёмном дверном проёме и снова исчезла в глубине дома.

— Понтус, кому говорю!

Максим нехотя встал и пошёл следом за псом, хотя экскурсия по развалинам не входила в программу его импровизированного пикника на обочине, да и сам он не сталкер, а донельзя усталый опер в звании майора полиции.

Но ногам хлестнули заросли крапивы. Он перешагнул через кучу раскрошенного кирпича вперемешку с истёртой в пыль штукатуркой."

"Стены внутри здания носили следы давнего пожара. На разинутой пасти камина чудом сохранилась витая чугунная решётка, и осколком глаза зияла единственная ярко-синяя плитка изразца над топкой.

Но даже в состоянии полного разорения было видно, что когда-то зал поражал роскошью и изысканной лепниной на потолке. Максим поднял голову и обомлел, потому что на одной из потолочных балок сидела девушка и пристально смотрела на лающего Понтуса.

Однажды, ещё будучи курсантом Университета МВД, ему доводилось снимать с крыши попрыгунчика — здоровенного мужика, который обиделся на свою мать за то, что она не дала денег на автомобиль. Упираясь ногами в стену, он стаскивал мужика с карниза, а тот нелепо взмахивал руками и от страха всё время подгибал ноги, а потом, уже в безопасности, обнял за шею и разрыдался, как маленький мальчик.

Девушка сидела вроде бы безопасно, но кто знает, что на уме у этих сумасшедших. Спугнуть нельзя, надо действовать осторожно, а то крикнешь, чтоб держалась, а она оттолкнётся да и сиганёт вниз на холодный цемент с остатками паркетных плиток. Хорошо, что Понтус пока её отвлекает.

Стараясь не делать лишних движений, Максим переместился в сторону лестницы.

Мраморные ступени выдержали проверку временем и сохранились почти полностью, вместе с железными штырями, на которых прежде крепились перила. Максим представил, что произойдёт, если девица ухитрится рухнуть на штыри, и рванул вверх, не переводя дыхания.

Лестница оборвалась так внезапно, что он едва успел удержать равновесие. Дальше пришлось отмерять расстояние по сантиметрам, цепляясь за остатки балок и арматуры.